Ник Перумов (Николай Данилович Перумов) родился 21 ноября 1963 года — российский писатель-фантаст. В данное время живет в Северной Каролине (США), где пишет свои книги, а также работает в научном институте по своей основной специальности — биолога. В данное издание вошли избранные произведения автора. Содержание: Верное слово (цикл) Похитители душ (трилогия) Империя превыше всего (дилогия)
Авторы: Ник Перумов
Арнольдыч. Чист ты теперь перед всеми. Не осталось следа твоего «частного решения». И у меня одна просьба: не ищи девчонок. За всё, что было дурного, они с лихвой заплатили. Связей у тебя довольно, декан Потёмкин, вот и сделай так, чтобы дали им спокойно жить.
Виктор Арнольдыч кивнул, пристально глядя на Серафиму. Словно в любой момент ждал удара.
Она приблизилась и, не удержавшись, порывисто обняла его. Но тотчас, разозлившись на себя, отвернулась, бросила на стол искорёженный, чёрный Сашкин крестик и вышла, не прикрыв двери.
Дорога, словно река, петляла между холмами, рисуя на пёстром платке июньского разнотравья мягкие петли и извивы. Плакучая ива у обочины, страдающая от жары так же, как и люди, сновавшие вокруг, опустила ветви к самой земле. Пахло выгоревшей травой, нагретой землёй — обычными запахами изнурённой жарою степи; пахло, впрочем, и чем-то ещё, кисло-неуловимым, неприятным, раздражающим.
Пахло бедой. Пахло смертью.
По степи рассыпалась цепочка людей. Кое-где застыли военного вида «газы»-полуторки, в неглубокой балочке притаилась защитного же цвета «эмка», невесть как пережившая все послевоенные годы.
Под ивой над раскинутым планшетом согнулся капитан в выгоревшей полевой форме. На пластиковых полукружьях один за другим появлялись непонятные символы, а на подсунутой под прозрачный целлулоид карте — кружки, ромбики и квадраты со стрелочками, словно офицер планировал настоящее наступление.
Он его и в самом деле планировал, только наступать должны были не танки и не стрелковые цепи, а поддерживать — отнюдь не артиллерия и не бомбардировщики.
Помимо планшета вроде тех, что используют зенитчики, перед офицером лежало и нечто, больше всего напоминавшее автомобильный щиток приборов с подрагивающими стрелками возле ничего не говорящих непосвящённому цифр. Капитан то наносил новые отметки на планшет, то хватался за раскрытый полевой блокнот, и тогда на желтоватых страницах стройными рядами выстраивались интегралы, дифференциалы и бесселевы функции пополам с совсем уж неведомыми закорючками, от которых сошёл бы с ума любой «нормальный» математик.
Движения капитана, быстрые, точные и скупые, выдавали немалый опыт. В глаза ему било солнце, он сердито щурился, однако не прекращал подсчётов.
Справа и слева от него в неглубоких окопчиках успели залечь автоматчики, правда, сами автоматы у них отнюдь не напоминали обычные армейские. Толстые ребристые стволы, пузатые резервуары тёмно-зелёного стекла там, где полагалось быть магазинам, серебристые насадки. Ещё дальше то тут, то там виднелись люди в форме, где пары, где по одному. Оружие в кобурах, но у всех в руках раскрытые полевые планшетки с карандашами.
Человек в синем полувоенном френче без погон и орденских планок тяжело выбрался из «эмки», заметно приволакивая ногу. Был он уже очень немолод, плотен, шёл с явным трудом, однако привычка к силе и власти чувствовалась сразу — в осанке, в посадке седой головы.
— Оставьте, Иван. — Он остановился за спиной капитана. Раздражённо дёрнул щекой, убедившись, что негде даже присесть. — Это уже значения не имеет, все подсчёты наши…
— Почему же, Виктор Арнольдович? — тоже неуставно, по имени-отчеству, отозвался капитан. — Щиты держат, все параметры
