Избранные произведения в одном томе

требование о нашем немедленном отводе».
— Господин лейтенант, разрешите обратиться…
— Что, Фатеев? — Глаза у лейтенанта Рудольфа казались совершенно потухшими и мёртвыми. — Знаю, о чём ты, штабс-ефрейтор. Нет, ты ничего не мог сделать. Ты спас людей. Остальные… просто не прислушались к твоим приказам. Ты не мог, собственно говоря, приказывать им, а признать, что какой-то штабс-ефрейтор сообразил, чем это пахнет, раньше, чем они, — было никак невозможно.
— Я не о том, господин лейтенант. — Я сейчас, как и в самом начале службы — само воплощение устава. — Я об оружии. Твари довольно крупные, против них может пойти мелкая дробь, крупнокалиберный дробовик, спаренный с огнемётом… Плюс к тому летают они невысоко, вероятно, эффективны окажутся гранаты с БЧ объёмного типа.
— Дробь? Где же мы столько охотничьих патронов наберём, да ещё срочно…
— Господин лейтенант, прошу вас, доведите это соображение до компетентных лиц в командовании…
— Да брось, Руслан, не тянись. Доведу… конечно. Ребят жалко. Погибли ни за грош… Да и мы — кто знает, дотянем ли до рассвета, — закончил он совершенно будничным тоном, категорически не вязавшимся с произнесёнными словами.
Мы оба оглянулись на горящий лес. Отсюда надо убираться. Без настоящего действенного оружия батальон просто погибнет здесь, без доблести и славы. Бессмысленно.
Однако нас оставили в покое. Спало пламя, угас огонь, задохнувшись в мокрой траве и густых зелёных кронах. Однако новых роёв не появилось.
Ребята мои бодрились, хотя вид имели и бледный. Мой авторитет взлетел на недосягаемую вышину. Перспектива геройской гибели от живой тучи ядовитых летучих гадов никого, само собой, не радовала.
— Командир… — начал Микки. — Командир, что будет-то? Что делать станем?
— Как мыслишь, командир, раздолбали «боги войны» этих тварей в реке? — тут же присоединился Раздва-кряк.
— Раздолбать, Кряк, не раздолбали. Эта система как капля воды. Разделишь пополам, а она потом снова сольётся и вновь целая, как ни в чём не бывало. Нет, пока не найдём источник слизи — тут и ядерная бомба не поможет.
— Так летунов послать! Даром, что ли, они свои усиленные пайки жрут? — вступил в беседу Назариан. Ему, похоже, мысль о том, что кто-то может получать усиленный паёк в то время, как он, Назариан, довольствуется обычным, доставляла прямо-таки физические мучения.
— Самолёты тут не помогут, — авторитетно заявил Гюнтер. — Тут, камраден, нужно, чтобы кто-то нашёл исток, а уж потом…
— А исток наверняка в пещере, — сказал я. — Не идиоты же они.
— Кто «они»? — спросил Раздва-кряк.
— Ну те, кто эту хренотень тут устроил. Не сама же собой она возникла!
— А если в горах, то что тогда, командир? — осведомился Микки. — Лупанём бомбой, всё и завалит к чёрту! Все пещеры обвалятся!
— Может, обвалятся, а может, и нет. Заряд придётся всё равно внутрь тащить. К самому истоку, чтобы уж наверняка.
— Интересно, и кому туда тащиться выпадет? — вздохнул Раздва-кряк. — Бедолаги подрывники… или сапёры?
— Не надейся, Селезень, — сверкнул белыми зубами Мумба. — Вот нас небось и пошлют. Чисто конкретно наше родное отделение. Ты запалы понесёшь, а…
— Типун тебе на язык, чернушка, — отмахнулся Кряк. — Надо же такое ляпнуть!
— Камрад Мумба совершенно прав, — меланхолично заметил Гюнтер. — Мы все должны быть готовы в любой момент отдать свои жизни за возлюбленный фатерлянд…
— Желательно лет через семьдесят, — фыркнул Назариан. — Я ещё пожить хочу. А вот тогда — пожалуйста.
— Оставим, ребята, — поднял я руку. — Гюнтер прав. Скорее всего исток укрыт глубоко под горами. Кто-то отвёл воды с ледяных шапок, пустил часть под землю, а под землёй… ммм… я бы поставил нечто вроде термоса-инкубатора, промываемого водой. Должна же была эта дрянь откуда-то взяться?
— Так, может, она сама и кончится? — с надеждой спросил Микки.
— Едва ли, — покачал я головой. — Если это на самом деле крупномасштабная акция по вытеснению эндемичной флоры и фауны…
— Господин штабс-ефрейтор, я-то сам понял, а вот для прочих — наверное, объяснить нужно?
— Ну, если объяснить… представь себе опухоль. Раковую опухоль. Клетки размножаются постоянно. Отделяются от основного очага, проникают в кровоток, переносятся на другое место, вновь проходят сквозь стенку сосуда, закрепляются на новом месте, и готово — метастаз. Если бы я делал эту систему, то источник постарался бы поставить неисчерпаемый. С минимумом энергопотребления, если можно так выразиться. Короче, размножается эта дрянь где-то там, высоко, и стекает сюда. А пузыри… и раковые клетки… вспомните «амёбу». Жаль,