Избранные произведения в одном томе

— Виноват. Но разве я — идеален?
— Конечно, — пожал плечами Валленштейн. — Ты там родился и вырос. Ты сын уважаемого отца. Он, конечно, тебя проклял и всё такое, но, думаю, если ты придёшь к нему, падёшь в ноги и скажешь, что дезертировал, как только узнал, что твоя родина свободна, — полагаю, он простит блудного сына.
Я слушал, оцепенев.
— Предположим, хотя, зная моего отца…
— А затем тебе надо выйти на тех, кто стоит за «независимостью», — резко пролаял Валленштейн. — И разобраться, что за история с «матками»! Были они там, не были… если были на самом деле, во что я не могу верить, — то как их удалось отбить! И если говорить о стратегии — то тогда сверхзадачей будет отменить эту нелепую «декларацию». Умеренные в парламенте должны добиться переголосования. Тогда Империя не станет вводить войска. Мол, здоровые силы Нового Крыма справились сами. Понимаешь? Нам надо выяснить, что стояло за этой эскападой! — Он со свистом, протяжно выдохнул через стиснутые зубы.
Несколько мгновений мы молча смотрели друг на друга. Наверное, это было бы самое подходящее время рассказать о «реакторе» на Омеге-восемь и как я выжил в нём… но что-то меня удержало. Всегда полезно иметь хотя бы одного туза в рукаве.
— Господин оберст-лейтенант, — медленно произнёс я, не обращая внимания на демонстративную гримасу Валленштейна. — Моё согласие будет означать, что моя жизнь отныне и полностью в ваших руках. Не потому, что я совершил все те вещи, о которых вы говорили совсем недавно, — потому что я тоже считаю ошибкой, ужасной ошибкой случившееся у меня дома и готов сделать всё, чтобы это исправить. Но дезертирство в военное время… меня ждёт расстрел без суда и следствия.
— Это тот риск, на который тебе надо пойти, — спокойно сказал Валленштейн. — Ты должен поставить всё на кон. Ты, конечно, можешь отказаться. Но тогда я, Иоахим фон Валленштейн, торжественно клянусь тебе, что добьюсь твоего перевода в самый дальний и заштатный гарнизон, какой только сыщется в Империи. Я не угрожаю тебе смертью или муками. Ты сильный и храбрый человек, ты не боишься неизбежного конца и с радостью пожертвуешь жизнью во имя родины, да простятся мне эти высокие слова. Единственное, что может тебя затронуть, — это если провал будет грозить твоей миссии.
И вот ради неё ты пойдёшь на всё. А если ты слушал меня внимательно и понял правильно, ты не можешь не понимать, что я тоже вкладываю свою судьбу в твои руки. Потому что незамеченным ты с Иволги на Новый Крым не попадёшь. В секторе — чрезвычайные меры безопасности, все подозрительные челноки со, скажем, старыми паролями сбиваются без предупреждения. Я не могу рисковать и ждать, когда ты своими путями попадёшь в Новый Севастополь. Я выпишу тебе командировку. На старую базу «Танненберга». Цель укажем, как всегда, стандартно: «Выполнение задания командования». Я выяснил — несмотря на военное положение, кое-какое грузовое сообщение с планетами сектора поддерживается. Мы сейчас пойдём на Каппу-четыре, оттуда рефрижераторы всё ещё ходят на Новый Крым. Отправишься с одним из них. Космопорт Нового Крыма контролируется интербригадами, так что неприятности начнутся прямо там. Но тебе придётся идти напролом. Ты — беглец, дезертир. Тебя объявят в розыск, лишат наград и званий. Не обращай внимания — я постараюсь это оттянуть елико возможно. В крайнем случае сделаю так, чтобы информация эта дошла бы до интербригад, но ни в коем случае не неполевых комендатур. — Он невесело усмехнулся. — Там, на твоей планете, будешь действовать по собственному усмотрению. Не сомневаюсь, та же контрразведка сейчас готовит к заброске на Новый Крым целую сотню своих архаровцев. Не сомневаюсь также, что Дариана возьмёт их всех тёпленькими ещё при приземлении. Так что смотри… — Он открыл узкий шкаф, достал стандартную чёрную сумку десантника. В таких мы носим сухпаёк, боеприпасы и «комплект для выживания». — Здесь гражданская одежда, Руслан. Дезертиры не прибывают на родную планету, едва споров нашивки.
Молчание. Мы вновь смотрели друг на друга через стол.
— Оружие. Полагаю, достанешь дома. Места знаешь? Или подсказать? У меня с ещё севастопольских времён сохранился премилый список…
— Я знаю, господин оберст-лейтенант, благодарю вас. Дезертиры, как вы верно заметили, не прибывают домой в военной форме и при полной выкладке. Я добуду себе всё, что нужно. У меня только один вопрос, господин оберст-лейтенант…
— Связь, конечно же, — проговорил Валленштейн. — Тебе придётся слетать на Сибирь. Я кое-что там припрятал. Как говорили англичане, just in case. Найдёшь на базе Михаэля. Знаешь Михаэля?
— Кто же не знает Михаэля, герр фон Валленштейн… Каптенармус наш. Можно сказать, первый,