Избранные произведения в одном томе

с Борга за Дариану всем глотки перегрызут. И кем мы окажемся, если выступим против них? Мол, несчастных детей, от радиации погибающих, не пожалели, оттолкнули?!
— Если Новый Крым заполонят такие, как этот Дэвид, тут очень скоро не за что станет сражаться, — холодно проговорила мама. Она застыла, скрестив руки на груди, словно изваяние Возмездия. — Да, у них была ужасная жизнь. Жизнь, недостойная человеческого существа. Но сейчас они вырвались оттуда и, похоже, потеряли рассудок.
— Как там говорилось в далёком прошлом? «Понаехали тут…», — пробормотал отец.
— А что ты предлагаешь делать с гостями, которые гадят у тебя на ковёр, срывают картины со стен и бьют посуду? — обрушилась на него мама. — Кто был бы против принять детей с того же Борга? У нас санаториев бы хватило. Да и места ещё многим хватит! Только если они вести себя станут соответственно.
— Да таких уже поздно, Тань, воспитывать. Честное слово, поздно. Только если вот детей у них отобрать и поместить у нас в интернатах. С лучшими учителями, психологами, священниками… Глядишь, и помогло бы. А так — они вырвались из-под куполов, свобода, эх, без креста! Хочешь помочиться в море — мочись! А что, заслужили! Как этот, как его, Дэвид, выразился? Детскими могилками всё оплатили? Вот сейчас они и станут Новый Крым другими могилками покрывать. Нашими могилками. Спасибо дорогому товарищу Дариане за наше счастливое детство. Знала, ехидна, куда иглу отравленную воткнуть!
— Я уверен, что Дарк специально отбирала самые… выдающиеся экземпляры, — я поднялся, тоже подошёл к узкому оконцу верхнего бункера, где мы устроили очередной семейный совет. — Убивает сразу двух зайцев. Во-первых, формирует запасную гвардию. Во-вторых, провоцирует нас. Не знаю, но мне этому мальчишке, писавшему с парапета, ужасно захотелось надрать задницу. Как минимум. У других, не столь выдержанных, могут возникнуть и более радикальные желания. И всем ведь не объяснишь, что эти несчастные не виноваты, что жизнь у них была такая…
— Какая б жизнь ни была, это не повод становиться скотами! — резко отрубила мама.
— Ну, пока что они и не ведут себя, как скоты, — вступился за переселенцев папа.
— Когда поведут, будет поздно, — отрезала мать. — Их просто поднимут на штыки, а Дариане только этого и надо. Она не остановится перед геноцидом на Новом Крыму, подобно тому, что её «матки» устроили на Омеге-восемь.
— А как же эти, с Борга? — попытался оспорить папа.
— Ты думаешь, это её остановит? — мама презрительно усмехнулась. — Да это даже лучше! Это легко можно будет свалить на нас, новокрымчан. А желающих выбраться из-под куполов, не бойся, меньше не станет. Зато какие выгоды! Прекрасная планета, свободная от не шибко расположенного к Дариане населения. Все пищевые ресурсы в её полном распоряжении. Плюс избыток воды и тепла, необходимых, чтобы выводить новых «маток».
— И что же делать? — как-то беспомощно развёл руками папа.
— Во-первых, мне кажется, надо дать знать Валленштейну, — сказал я. — Пришла пора наведаться на бывшую базу «Танненберга». Каптенармус Михаэль должен находиться там.
— Предположим, мы дадим им знать. А что потом?
— А потом, пап, продолжим то же, что начали. Дариана дважды уходила от нас. В третий раз ей это не удастся.
— Блажен, кто верует, — проворчал отец. — Она ведь ещё и биоморф… Мне вот всё не даёт покоя вопрос — сама-то она об этом знает?
— А она может ни о чём и не догадаться, — заметил я. — Предположим, она ничего не подозревает. Так ведь и я ни о чём не подозревал, когда в первый раз выбрался живым из резервуара Дарианы. Мало ли что! Мало ли как, вот выбрался, и всё тут. Невкусным оказался. Или запах у меня какой-то не такой. Можно придумать миллион объяснений. Дариане совсем не обязательно впадать в шок. Она так давно возится с биоморфами, что вполне могла себя успокоить, мол, «пропахла уже вся ими, вот и не тронули».
— Гм, резонно, — кивнул отец. — Мы, конечно, продолжим поиски.
— Я б на это не слишком рассчитывала, — покачала головой мама. — Третий раз Даша не попадётся. Пуганая. И опытная. Сейчас главное — найти её резервуары, буде таковые ещё есть. Твоя, Рус, мысль о геноциде… что-то мне не нравится, настолько она логична. Уж лучше б тебе ошибиться, сам понимаешь. Кстати, Юра, где сейчас Зденек?
— Завербовался в новую полицию Нового Севастополя, «антитеррористическое отделение». Стоило это уймы денег, но…
— Пусть отчитается, на что их ориентируют. Если Дариана готовит-таки массовое устранение оппозиции…
— То может и не воспользоваться недавно набранными на неблагонадёжной планете сотрудниками. У неё хватает верных псов.
— Тем не менее. А пока