Избранные произведения в одном томе

ты хочешь сказать, что мы имеем дело со сверхцивилизацией биоморфов, назовём её так?
— Нет, — сказал я. За бровями собиралась тупая, неведомая раньше боль. Нервничать я стал, что ли, словно барышня на выданье? Вот ведь позор… — Сверхцивилизация, приди ей в голову уничтожить человечество, уже давно бы это сделала. Осмысленно действуют только Дариана Дарк и Федерация. Дбигу на нас реагировали как минимум неадекватно. Такое впечатление, что никто не планирует настоящего вторжения. Словно… словно человек отпихивается от навязчивой собаки.
— Ну, чтобы собаку пнуть, тоже некие таланты проявить следует, — с иронией заметил Валленштейн.
— Они проявили. Но именно некие.
— Так, если это не сверхцивилизация, то что же?..
Я развёл руками.
— Не могу знать. Но биоморфность Дбигу наводит на размышления, что дело тут именно в «небиоморфной» природе человечества.
— То есть нас хочет уничтожить некая непонятная сила только за то, что мы «не такие»?
— Я пришёл именно к этой гипотезе, герр оберст. Чтобы её подтвердить, потребуется долгий путь, но всё-таки… Нас, скорее всего, перебрасывают в систему Каппы — надо постараться добыть образцы биоморфов. Для нашего собственного расследования.
Валленштейн подобрался, в глазах блеснул хищный огонёк.
— Рад, что ты пришёл к тем же выводам, — отчеканил он. — Мои единомышленники уже давно сошлись на том, что нам необходима собственная информация. Конечно, должность командира бригады и чин полковника недостаточны, чтобы развернуть настоящий полевой центр, но я сделаю всё, что от меня зависит. Что ты намерен сделать?..
— Прежде всего — выяснить, действительно ли я неуязвим для Тучи? На Иволге, я помню — она словно бы не обращала на меня внимания. Игнорировала. Это прекрасно укладывается в гипотезу, что Туча не трогает «своих». И, если это на самом деле так — постараться собрать как можно больше образцов, я имею в виду, образцов исходного материала. Федерация в своих пропагандистских передачах утверждает, что, мол, «наши учёные создали образцы новейшего биологического оружия», а что, если и нам удастся то же?
— Смелое заявление, — Валленштейн схватился за подбородок. — Смелое, но, если б такое удалось… все командиры боевых частей сняли б с себя все до единого ордена и отдали б их тебе, Руслан.
— Если б ещё знать, как это сделать… Я думал о том, чтобы как-то убедить командование в биоморфной природе Дбигу…
— Какое это имеет значение, Рус? Биоморфы они или не биоморфы — они вторглись на наши территории. Вторжение должно быть отражено. Речь о глобальной победе пока не идёт, но мы должны быть готовы…
— Бить надо не по Дбигу, герр оберст. А туда, откуда изначально пришли биоморфы. В какой бы то ни было форме.
— У них может и не быть никакого «истока», — возразил Валленштейн. — Так и передаются, от одной цивилизации к другой, эдакие полуразумные паразиты?
Я кивнул.
— Маловероятно, но тоже возможно, герр оберст. Но… разрешите прямой вопрос?
— Конечно, герр обер-лейтенант, раз уж ты так упорно величаешь меня «господином полковником».
— Моему сообщению о моей природе вы — верите?
Валленштейн тяжело вздохнул, взглянул мне прямо в глаза.
— Всегда стараюсь избегать подобных дилемм. Как офицер, я обязан полагаться на точную и недвусмысленную информацию. Иначе загублю операцию, бессмысленно погибнут солдаты. «Верю», «не верю» — не те категории, которыми я должен оперировать.
— А как же интуиция, герр оберст?
— Интуиция, герр обер-лейтенант, не имеет никакого отношения к вере. Это всего лишь ещё один механизм точного анализа, основанный на столь же точной, я подчёркиваю, столь же точной информации. А с тобой… считай, я принял твою информацию к сведению. Ты прав, нас бросают на Каппу. Там и проверим всё… в деле. И поговорим ещё раз. Коль живы будем, — закончил он по-русски.

Космодром Каппы-4 встретил нас жуткой суматохой. Объявили всепланетную эвакуацию гражданского населения, правда, только женщин, стариков и детей. Мужчин от 16 до 60 записывали в фольскштурм, и уже формировалась 501-я фольксгренадёрская дивизия.
«Мерона» и другие транспорты «Танненберга» выплюнули на орбите из себя целые созвездия челноков. На снимках с орбиты отчётливо видны были скопления Тучи, неторопливо, ни от кого не прячась, по-хозяйски ползли «матки».
— Господа офицеры, — Валленштейн облачился в полный бронекомбинезон. «Танненберг» закончил высадку, и мы устроились в бывшем ресторане космопорта. Позвали всех, вплоть до командиров рот. — Наша задача проста. «Танненберг» проявил себя лучше всех в боестолкновениях