Ник Перумов (Николай Данилович Перумов) родился 21 ноября 1963 года — российский писатель-фантаст. В данное время живет в Северной Каролине (США), где пишет свои книги, а также работает в научном институте по своей основной специальности — биолога. В данное издание вошли избранные произведения автора. Содержание: Верное слово (цикл) Похитители душ (трилогия) Империя превыше всего (дилогия)
Авторы: Ник Перумов
моё общество стало ей в тягость.
На восьмой день меня под белы руки и с немалой помпой препроводили в императорскую резиденцию, предварительно трижды обыскав и просветив на предмет скрытой, наверное, в желудке взрывчатки.
Меня обрядили в новенькую, с иголочки, парадную форму, нацепили только что вручённые погоны гауптманна. Да, ежели взглянуть со стороны — идеальный имперский офицер, вот только с принадлежностью к стержневой нации промашка вышла.
Бункер, куда меня привел надутый, словно индюк, личный императорский порученец, был убран с нарочитой строгостью, по моде позапрошлого века, с морёным дубом и зелёным сукном на стенах, бронзовыми светильниками и антикварного вида длинным столом, возле которого выстроились жёсткие стулья с высокими спинками, украшенными непременным Орлом-с-Венком-и-Солнцем.
В задней части зала я увидел полусферу проектора. Вдоль стен, негромко переговариваясь, стояло шестеро генералов, среди которых неожиданно оказался Валленштейн, явно неуверенно чувствовавший себя в новёхоньких погонах генерал-майора.
— Поздравляю, Руслан, — он пожал мне руку.
— Спасибо, господин генерал-майор.
— Ты неисправим. Послушай, Рус, я хотел спросить…
— Господа офицеры, Его Императорское Величество кайзер! — преисполненным торжественности и значения голосом объявил порученец. Чтобы так говорить, не обойдёшься без уроков сценической речи…
Вошёл кайзер. В мундире, с колодочкой наград, ни дать ни взять — пожилой отставник, бывший преподаватель какой-нибудь истории военного искусства из Академии Генштаба. За ним следом — Его Светлость регент, он же эрцгерцог Адальберт, вчерашний мятежник.
Все дружно вытянулись по стойке «смирно».
— Прошу садиться, господа.
— Вам сюда, гауптманн, — прошипел внезапно выросший рядом со мной ещё один порученец. Ему пришлось отодвинуть для меня стул, и я видел, что сие действие его едва не добило.
Рядом сел Валленштейн.
Господа генералы (среди них я узнал Ланца) рассаживались, нажимали кнопки на планшетках, напустив на себя самый важный вид, что-то рассматривали на дисплеях. Передо мной ничего не было, даже банальных карандаша с бумагой. Равно как и перед Валленштейном.
— Прошу вас, Адальберт, — кивнул император. Тот поднялся, прочистил горло.
— Господа генералы. Пользуюсь случаем ещё раз принести свои самые искренние извинения тем из вас, кто пережил… малоприятные часы, будучи облыжно обвинён и подвергнут аресту в результате самоуправства людей бывшего начальника Службы безопасности Даркмура. Это было необходимо. Я должен сказать, что всё происшедшее — результат нашего совместного контрудара, нанесённого по группировке, планировавшей захват власти и полное преображение нашей Империи. Если вы помните, мне пришлось использовать кое-что из их фразеологии. Мы сожалеем, что дело дошло до открытых столкновений.
Господа генералы переглянулись, но никто не дерзнул высказаться.
Враньё, подумал я. Хорошая мина при плохой игре. Попытка помириться с аристократией. Или… или на самом деле тонкая интрига Его Светлости эрцгерцога, с тем чтобы хоть как-то, но «поцарствовать», пусть даже со званием «регента», возможность, так сказать, открыть глаза кайзеру на его собственного сынка.
— Здоровая часть сил в той же Службе безопасности на нашей стороне…
— И мы отделили зерна от плевел в самом правительствующем доме, — перебил Адальберта кайзер. — Мною изменён закон о престолонаследии. Кронпринц Зигфрид, равно как и его потомство, из него исключены. Права на корону перешли к Фридриху, моему второму сыну. Он не замечен… ни в каких склонностях, которые помешали бы ему достойно исполнять законы нашей великой Империи.
Теперь уже переглянулись мы с Валленштейном. А нам-то зачем это сообщать? Высший генералитет, Генштаб, всё такое прочее — ещё можно понять, а вот мы?..
— Господин Фатеев, господин Валленштейн, пусть вас не удивляет то, что мы решили сделать это объявление в вашем присутствии, — кайзер словно прочёл мои мысли. — Я правильно понял, господин Фатеев, что ваши, гм, услуги Империи требуют оплаты в виде предоставления независимости Новому Крыму?
— Да, Ваше Величество, — как можно спокойнее ответил я.
— То есть вы расцениваете себя прежде всего как гражданина своей родной планеты, а не всей Империи?
— Ваше Величество, мы слишком хорошо помним обстоятельства вхождения в Империю. И да, я — русский, я принадлежу Новому Крыму. Последнему осколку земли, оставшемуся у людей моего языка, простите мне эти высокие слова.
— Но у вас есть полномочия, подтверждённые конституционным большинством
