Избранный

Тяжело было не гадать, что случилось бы с ним, если бы он решил не грабить ту
самую группу воинов в том самом лесу в ту самую ночь. И еще тяжелее — не жалеть о том
единственном решении, которое привело его к такому.
Потому что зло нашло его…
Бладлеттер.
Дражайшая Дева Летописеца, подумал Кор, глядя на огромного мужчину-вампира,
появившегося в лесу из ниоткуда и швырнувшего его на землю. Воистину, оказалось, что
Кор хотел ограбить, а потом вынужден был убить… отряд солдат Бладлеттера.
Он за это умрет.
— Тебе нечего сказать? — потребовал великий воин, возвышаясь над Кором. — Ни
извинений за то, что ты забрал у меня?
На пронизывающем ветру Бладлеттер отошел от Кора и поднял отсеченную
голову за волосы, раскачивая ею так, что с шеи закапала кровь.
— Ты хоть понимаешь, сколько времени уходит на то, чтобы натренировать
одного из них? — голос звучал скорее раздосадовано. — Годы. Ты за одну ночь — за одну драку
— украл у меня огромные вложения моего гребаного времени и сил.
С этими словами он отшвырнул голову, и Кор задрожал, глядя как голова
закувыркалась по подлеску.
— Ты, — Бладлеттер указал на него, — компенсируешь мне это.
— Нет.
На мгновение Бладлеттер, казалось, потерял дар речи. А затем улыбнулся во все
зубы.
— Что ты сказал?
— Не будет компенсации, — Кор поднялся на ноги. — Никакой.
Бладлеттер запрокинул голову и расхохотался, звук этот прокатился по ночи,
спугнув сову над их головами и оленя где-то вдали.
— Ты выжил из ума? Безумие дарует тебе такую силу?
Кор медленно склонился набок и вновь подобрал косу. Ладони вспотели, хватка
сделалась скользкой, но он держал оружие изо всех сил.
— Я знаю, кто ты, — тихо сказал Кор.
— Да. Выкладывай, — снова эта ужасная кровожадная улыбка, порывы ветра
развевали длинные, заплетенные волосы. — Я предпочитаю слушать о своих достижениях
из уст других — прежде чем я убью их и оттрахаю их трупы. Скажи, это ты обо мне
слышал? — Бладлеттер сделал шаг вперед. — Это? Это так тебя пугает? Обещаю тебе,
ты ничего не почувствуешь. Если только я не захочу тебя, пока ты еще дышишь. Тогда…
тогда ты познаешь боль подчинения, обещаю.
Кор как будто столкнулся с чистым злом, демоном, обретшим плоть и
выпущенным на землю, чтобы мучить и пытать более чистые души.
— Ты и твои мужчины — сами воры, — Кор следил за каждым движением его тела,
от изгиба рук до переноса веса с одной ноги на другую. — Вы осквернители женщин и сами
себе закон, вы не служите единственному и истинному Королю.
— Ты думаешь, Роф придет к тебе сейчас? — Бладлеттер демонстративно
осмотрел пустой лес. — Ты думаешь, твой милостивый правитель явится сюда, встанет
на твою сторону и спасет тебя от меня? Полагаю, твоя верность заслуживает похвалы
— но она не станет щитом от этого.
Лязг металла о металл был подобен крику в ночи, и кинжал, вытащенный
Бладлеттером, оказался почти таким же длинным, как лезвие косы.
— Все еще верен клятве, да? — протянул Бладлеттер. — Думаю, ты же понимаешь,
что Король пропал? Что после той резни, учиненной над его родителями, он исчез? Так
что нет, не думаю, что ты будешь спасен им, — раздалось хищное рычание. — Или кем-
либо еще.
— Я спасу сам себя.
https://vk.com/vmrosland
В этот момент облака проиграли свое сражение с ветром, тяжелый покров
прорвался и образовал прореху, через которую с ночного неба пролился ослепительный
лунный свет, яркий, как дневной, которого Кор не видел с перехода.
Бладлеттер отшатнулся. А затем склонил голову набок.
Последовало долгое молчание, во время которого шевелились лишь ветки сосен да
подлесок.
А затем Бладлеттер… убрал кинжал в ножны.
Кор не опустил оружия. Он не знал, что произошло, но прекрасно понимал, что
доверять врагу нельзя — а он настроил этого пугающего воина против себя своей
самозащитой.
— Тогда иди со мной.
Сначала Кор не разобрал слов. А когда разобрал, все равно не понял.
Он покачал головой.
— Я скорее сойду в могилу, чем куда-то пойду с тобой. В этот раз и в любой другой,
в любом случае.
— Нет, ты пойдешь со мной. И я обучу тебя способам ведения войны, и ты будешь
служить под моим началом.
— С чего бы вдруг мне это делать…
— Это твоя судьба.
— Ты меня не знаешь.
— Я прекрасно знаю,