Избранный

их со мной? Будь я сапожником или
фермером, тренировал бы лошадей или варил медовуху, ты осталась бы со мной, была бы
моей шеллан?
Лейла коснулась его верхней губы.
— Я уже твоя шеллан.
Выдохнув, Кор прикрыл глаза.
— Хотел бы я, чтобы все было иначе. Хотел бы я, чтобы той самой ночью, так давно,
я решил бы посетить другой костер, решил бы пройти по другому лесу.
— А я нет. Если бы ты не оказался там, где бы это ни было, мы бы никогда не
встретились.
— Возможно, все развивалось бы по лучшему сценарию.
— Нет, — твердо сказала она. — Все так, как должно быть.
За исключением той части, где он ее оставляет.
— Может, в будущем, — прошептала она, — когда Лирик и Рэмп вырастут и будут сами
по себе, я могу приехать и найти тебя? После их переходов и…
— Им всегда будет нужна их мамэн. И твоя жизнь навеки останется здесь, в Новом
Свете.
Хоть и хотелось с ним поспорить, Лейла знала, что он прав. Пройдут десятилетия,
прежде чем дети станут по-настоящему независимыми, и кто знает, в какой стадии тогда
будет война? Если Рэмп последует по стопам отца и станет Братом, Лейле не видать покоя,
пока он будет сражаться, даже если она сама будет в Колдвелле. А за целым океаном?
Такого она и представить не могла.
А что, если и Лирик захочет сражаться? В программе тренировочного центра
участвовали женщины. Лирик также могла решить взять в руки кинжал.
Двое ее детей могли оказаться на войне.
— Есть некая милость в том, чтобы не бороться с неизбежным, — сказал он, целуя ее в
ключицу. — Отпусти это. Отпусти меня, когда придет время.
— Но возможно есть другое решение, — хотя она представить себе не могла, каким
оно может быть. — Что если…
— Куин никогда не допустит меня рядом с твоими малышами. Даже если Братство и
твой Король примут меня и моих мужчин, отец твоего сына и дочери никогда не потерпит
меня в их присутствии, а если меня не будет в твоей жизни, между тобой и им все
упростится. Или, по крайней мере, но я надеюсь и истово молюсь, что однажды он вновь
примет тебя в свою жизнь.
Но этому никогда не бывать, подумала Лейла. Ярость Куина не знала границ и
временных лимитов. Некоторые вещи подобны чернилам на пергаменте и столь же
нестираемы.
— Займись со мной любовью? — прошептала она.
С уже знакомым всплеском силы Кор оказался на ней, их тела к этому времени уже
так легко подстраивались друг под друга, что его член не нуждался в направлении, гладко
скользнув внутрь.
Когда он начал двигаться в ней, она подумала о сексе, которым они занимались в
дневные часы. Ее обучение эросу проявлялось таким образом, который шокировал Кора,
приятно возбуждал и удивлял — и он не жаловался. Но нельзя сказать, что это было
счастливое время. Для обоих эти часы были полны отчаяния, торопливого желания
касаться, целовать, проникать, словно человек, жадно поглощающий содержимое тарелки,
которую вот-вот заберут.
И все же сейчас, когда Кор нашел ритм, и она вторила ему своим собственным, это
был другой вид занятий любовью. Который, по сути, не был связан с сексом.
Их души максимально приблизились к единению, соитие частей тела было
вторично по сравнению с единением сердец.
https://vk.com/vmrosland
За секунду до того, как найти сладкую горечь разрядки, Лейла прошептала ему на
ухо:
— Сегодня вечером ты будешь там в безопасности?
Когда он не ответил, она не была уверена, почему — потому что он начал кончать…
или потому что знал, что не может обещать, и не хотел ей врать.
В Яме Вишес уселся обратно в свое мягкое кресло и уставился на изображение на
мониторе. Комбинация пикселей, света и темноты, серого, зеленого и темно-синего,
потребовала, ооооооооооох, восемь часов, чтобы вычленить и обработать ее до такого
состояния, чтобы можно было что-то различить.
И глядя на лицо таинственного стрелка, который некоторое время назад спас жизнь
Тора в том переулке, он мог лишь покачать головой.
— Слишком странно, черт подери.
Черты лица сейчас были вполне различимы, но да, эта искаженная верхняя губа
Кора выдавала с потрохами. Без нее трудно было бы сказать, кто это, поскольку у всех
воинов короткие волосы, тяжелые брови и мощные подбородки — эти черты как десять
центов в ящике с носками.
Практически неразличимы.
Но нет, добавьте заячью губу, и получите предателя. Который не такой уж и
предатель, как оказалось…
— Привет.
Услышав незнакомый голос, Ви вскинул голову.