Избранный

и бледен как привидение, но взгляд его глаз сообщил ей, что он не станет
слушать, что бы она ему ни сказала.
Они на самом деле уходили.
— Куда мы идем? — спросила Лейла, поднимаясь на ноги.
— В тот маленький домик на ранчо. Нас ждет машина.
— Но разве тебе не нужно остаться здесь, где есть доктора…
— Я лишь хочу быть наедине с тобой. Ты все, что мне нужно.
Когда он посмотрел на нее, ощущение любви распространилось по всему ее телу.
— Поверить не могу, что ты жив.
— Это благодаря тебе. Во многих смыслах.
Резкое воспоминание о том, как они с Тором делали ему искусственное дыхание,
лишило ее дара речи. Но оно не лишило ее возможности поднырнуть под своего мужчину
и помочь ему добраться до двери.
Коридор был пуст, лишь доджен с ведром и шваброй избавлялся от кровавых
пятен, свидетельствовавших о ранениях.
— Куда делись твои солдаты? – спросила Лейла, когда они направились к парковке. —
Сколько я проспала?
— Несколько часов, любовь моя. Их всех вылечили и отпустили. До рассвета
осталось минут тридцать.
— С ними все будет хорошо?
— Да. Со всеми, и с Братьями тоже. Медицинский персонал просто восхитительный.
— О, слава Лэ… — она остановила себя. — Слава богам. Мойрам. Кому угодно.
В этот самый момент она заметила фигуру, стоящую в конце коридора, у выхода, и
когда они приблизились, Лейла поняла, что это Тор.
Когда они наконец остановились перед Братом, двое мужчин просто уставились
друг на друга. И тогда ей на самом деле открылось сходство между ними. Тот же рост, то
же телосложение, тот же подбородок… и эти глаза.
— Спасибо, что спас мою жизнь в том переулке, — хрипло сказал Тор.
— А тебе спасибо, что спас мою на операционном столе, — ответил Кор.
Он слегка улыбнулись, а потом посерьезнели.
По ней пробежали мурашки — которые только усились, когда Кор отцепил руку и
потянулся к Брату.
Мужчины обнялись, и она с ужасом осознала… вот оно. Это будет ее последний
день с Кором. Вот почему он так решительно настроен покинуть клинику, и вот почему
Тор им помогал.
И вот почему Брат посмотрел на нее с таким состраданием, когда мужчины
отступили друг от друга.
Тор широко раскрыл дверь и подождал в стороне.
Никто ничего не сказал, пока они с Кором добирались до Мерседеса Фритца. Даже
дворецкий был мрачен, когда он вышел из машины и открыл перед ними дверцу.
Лейла забралась внутрь и скользнула по сиденью, затем к ней присоединился Кор, и
Фритц закрыл за ними дверцу.
https://vk.com/vmrosland
Кор опустил затемненное окно и поднял боевую руку, когда машина тронулась с
места — и Тор повторил жест, когда они уехали. Прощание было окончательным, как
чернила в томах Священных Летописец в Святилище.
Все должно быть не так, кричала она мысленно. Мы можем разрешить это.
Каким-то образом мы можем…
Но она знала, что сражается в битве, которая проиграна много ночей назад, когда
Кор принес клятву Рофу, и было заключено соглашение о возвращении в Старый Свет.
Уставившись на свои руки, потому что не осмеливалась посмотреть ему в лицо,
Лейла прошептала:
— Я слышала, ты был столь храбр.
— Не особо.
— Так сказал Тор.
— Он мне льстит. Но скажу тебе, что мои мужчины сражались с огромной честью, и
без них Братство потерпело бы поражение. В этом я уверен.
Она кивнула и осознала, что кусает нижнюю губу.
— Любовь моя, — прошептал Кор. — Не прячь от меня своих глаз.
— Если я посмотрю на тебя, я сорвусь.
— Так позволь мне быть сильным за тебя, когда ты чувствуешь, что слаба. Иди сюда.
Несмотря на свои раны, он привлек ее к себе на колени и обхватил руками. А потом
он поцеловал ее в ключицу. И в горло… и в губы.
В ней поднялась уже знакомая волна жара, и когда он приподнял ее и опустил на
свои бедра, она раздвинула ноги, оседлав его и порадовавшись, что перегородка в салоне
обеспечивала уединение.
Неловко отстранившись, Лейла стянула с себя одну штанину леггинсов и сдвинула
трусики, пока он задирал подол больничной сорочки.
— Я буду осторожна, — сказала она, когда он сморщился от боли.
— Я не почувствую ничего, кроме тебя.
Кор придержал эрекцию рукой, и она медленно опустилась на него.
— Любовь моя, — выдохнул Кор, запрокидывая голову и прикрывая глаза. — О, ты
делаешь меня целым.
С болезненной нежностью его руки скользнули под ее рубашку и накрыли груди, и
Лейла отдалась ритму, обхватывая руками подголовник и прижимаясь своими губами ко