Избранный

нарушитель спокойствия стал всеобщей целью. А Кор все
еще был привязан к топчущейся лошади, уворачиваясь от острых копыт и пытаясь
вырвать руку.
Воины решили за него эту проблему.
Кор подлетел в воздух, и этого оказалось достаточно, чтобы высвободить его
запястье. Его рука внезапно вновь принадлежала ему, и как раз вовремя. На его лицо
обрушился кулак размером с валун, но по крайней мере это отбросило его в сторону от
взбунтовавшейся лошади.
К сожалению, он прилетел прямиком к остальным воинам, и Кор знал, что ему
нужно быстро заполучить преимущество, иначе над ним возьмут верх. Однако шансы
были невелики — эти мужчины были экспертами в конфликтах, удары и пинки прилетали
ему слишком быстро, чтобы увернуться или защититься, воздух то и дело раз за разом
вышибали из его легких.
Правда, он и ранее сталкивался с кулачными боями. Но то были люди и
гражданские вампиры. Теперь он столкнулся с совершенно иным врагом.
Удары продолжали дождем литься на его голову и живот, быстрее, чем он
успевал их парировать, сильнее, чем он мог вынести, и его передавали друг другу совсем
как ту женщину, кидая от одного воина к другому. Кровь лилась из его рта и носа, в
глазах помутилось, пока он крутился, пытаясь защитить жизненно важные органы и
череп.
— Гребаный вор!
— Ублюдок!
Удар кулака пришелся сбоку, и Кору показалось, будто он ощутил, как внутри что-
то взорвалось. В этот самый момент колени подкосились, и он приземлился в грязь и
листья.
— Зарезать его!
— Еще не закончили, — донесся рык.
Ботинок ударил его под ребра, и Кор, кувыркаясь, пролетел до самого огня.
Падение настолько оглушило его, что он рухнул на спину, неспособный собраться с
силами даже для того, чтобы прикрыть лицо или свернуться клубочком для защиты.
https://vk.com/vmrosland
Дражайшая Дева Летописеца, он умрет. И скорее всего в пламени, которое уже
подпаливало его плечо, руку и бедро даже через одежду.
Один из воинов, который имел густую бороду и вонял дохлой козой, склонился над
ним и улыбнулся, обнажая огромные клыки.
— Ты думал, что можешь украсть у нас. У нас?
Он схватился за перед плаща Кора и рывком поднял его торс с земли.
— У нас!
Воин ударил его раскрытой ладонью так сильно, что пощечина напомнила удар
деревянной доской.
— Ты знаешь, как мы поступаем с врагами?
Остальные образовали полукруг, и Кор подумал о волках в лесу, где он жил со своей
кормилицей. Стая смертельных хищников, вот кем являлись этим мужчины. Ужасная
сила, которая может поймать тебя и поиграть. Быстрый путь в Забвение.
— Знаешь? — воин тряхнул его как тряпичную куклу и отшвырнул на землю. —
Позволь мне просветить тебя. Сначала мы отрежем тебе руки, а потом мы…
Кор не смел отвернуться от нависавшего над ни лица. Но боковым зрением он
заметил полено, которое наполовину торчало из пламени.
Медленно пододвигая руку, он взялся за полено и выждал удобный момент, когда
мужчина глянул на своих спутников со злобной усмешкой.
С быстротой молнии Кор взмахнул поленом, ударяя воина по голове и заставляя
его рухнуть набок без сознания.
На мгновение все присутствующие потрясенно застыли, и Кор знал, что надо
действовать быстро. Держа свое оружие, он вытащил один из кинжалов, пристегнутых
к груди жертвы, и вскочил на ноги.
Вот теперь он напал.
Из его рта не вырвалось никакого боевого клича. Ни кряхтенья. Ни рычания. Ни
одного воспоминания о том, что именно он сделал. Все, что он знал, что он осознавал —
это то, как что-то внутри него сорвалось с поводка. Чем бы это ни было, он и ранее
замечал проблески этой неведомой энергии, непохожей на ярость, непохожей на страх,
но дающей его телу и разуму силу. И когда эта энергия взревела в нем, его конечности
вдруг взяли верх над разумом, функционируя независимо, лучше его сознания зная, куда
целиться, что делать, как двигаться. Его органы чувств тоже отделились от мозга,
обостряясь до высочайшего уровня точности — услышать, как кто-то прыгает на него
сзади, увидеть и заметить, как еще один заходит слева, учуять обонянием еще одного
нападавшего справа.
Посреди всего этого его разум совершенно отключился. И в то же время мог
делать выводы и тем самым совершенствовать его действо.
Однако он все равно