Избранный

из-за холода.
Вернувшись в кухню, он с кивком активировал сигнализацию.
— Этот дом надежно защищен.
— Вишес заботится о таких вещах.
— Он делает отличную работу.
Кор прошел мимо плиты и принялся выдвигать ящики.
— Это сгодится.
Один за другим он достал все ножи, какие только нашел — мясницкий, рифленый
нож, два изогнутых ножа для чистки овощей и еще один для разделки мяса. Разложив их
на кухонном полотенце, он свернул их в рулон и протянул ей руку.
— Мы пойдем вниз.
Лейла подошла и задрожала, когда их ладони соединились. А когда они спустились,
ее тело ослабло.
Когда они миновали последние ступени, он остановился и посмотрел на нее.
Она дала ему время заговорить. Он этого не сделал, и тогда она прошептала:
— Да, пожалуйста.
Он закрыл глаза и пошатнулся. Затем уронил голову.
— Ты уверена?
— Как никогда в своей жизни.
Его веки поднялись.
— Я буду с тобой нежен.
У нее на языке вертелась просьба не сдерживать себя. По правде говоря, она
меньше всего хотела, чтобы он как-то себя сдерживал, поскольку возможно, что это
единственный раз, когда они будут вместе.
А потом ее разум перестал работать.
Потому что Кор привлек ее к своему телу. Свободной рукой, которая не держала все
эти ножи, он погладил ее по щеке, а затем провел большим пальцем по ее нижней губе.
В следующее мгновение его губы накрыли ее рот, поглаживая, прижимаясь, лаская.
Поцелуй был мягким как вздох, и это раздражало. Она хотела большего — но когда
она попыталась этого добиться, он слегка отступил, сохраняя контроль.
Наконец, оборвав контакт, он пригладил ладонью ее волосы.
— Могу я войти в твою спальню, женщина?
Его глаза были такими прекрасными, сияющими и горячими, их глубокий темно-
синий оттенок почти почернел от похоти к ней. И для нее его лицо было по-мужски
красивым, самим воплощением силы, мужественности и мощи, она вовсе не замечала и не
зацикливалась на дефекте верхней губы. На деле она видела его лишь в целом, его силу и
его уязвимости, его хищную природу и попытки быть вежливым, воина в нем и
защитника, появлявшегося перед ней.
— Да, — прошептала она.
— Я бы отнес тебя, но сейчас недостаточно силен.
Он взял ее за руку, и они вместе вошли в спальню, где она пыталась спать днем. И
что вы думаете, вопреки нехватке отдыха она была полна сил, до боли осознавая все
происходящее.
Кор усилием мысли включил лампу на бюро и закрыл дверь. Затем он подвел ее к
кровати и нагнулся, чтобы заткнуть сверток с ножами под матрас.
https://vk.com/vmrosland
Когда они сели, Лейла поняла, что краснеет.
Кор улыбнулся.
— Твое смущение — моя погибель, женщина. Посмотри на мои руки.
Когда он протянул ей ладони, их заметная дрожь противоречила мощным венам,
спускавшимся по его предплечьям к запястьям.
— Я мечтал коснуться тебя, — пробормотал он. — Столько раз я…
— Так коснись меня сейчас.
Когда он, казалось, застыл, она сама схватила его за плечи и прильнула к его губам
своими — и о Дражайшая Дева Летописеца, когда она перестала сдерживаться, он поступил
так же. У Кора был вкус секса и отчаяния, и вскоре его руки сделались грубее, по тихой
тускло освещенной спальне прокатился его рык. Воистину, он больше не осторожничал с
ней, подминая ее под себя, его тело повалило ее на подушки, колено вторглось меж ее ног,
заставляя их широко раздвинуться…
Он мгновенно остановился и дернулся назад.
— Лейла… любовь моя, я на грани…
— Возьми меня. Скорее, просто возьми меня… я и без того слишком долго ждала.
Кор обнажил клыки и зашипел, глаза сверкнули намерениями, которые могли
показаться нечестивыми, но для нее это было то, что нужно.
— Позволь мне посмотреть на тебя, я должен увидеть твое тело, — простонал он,
спускаясь ладонью к ее талии.
Лейла выгнулась, когда он подхватил низ ее рубашки и начал задирать его от
живота к…
Когда показалась ее грудь, Кор ахнул.
— О, сладчайшая женщина.
Он застыл от вида ее напряженных сосков, и она сама довела работу до конца,
стягивая ткань с туловища и отбрасывая куда попало. Когда она вновь откинулась на
подушки, Кор поднялся на коленях, оседлав ее бедра своими согнутыми ногами.
Его руки по-настоящему тряслись, когда он кончиками пальцев провел по ее
ключице и ниже, к грудям.
— Ты еще более потрясающая, чем я представлял в своих фантазиях.
Когда его жадный и полный благоговения взгляд скользнул