Изгнанник

убивай…. меня!

Сабли медленно отодвинулись от шеи поверженного чудища.
– Н-не…. так…. как…. в-выгляжу, – запинаясь, пытался объясниться монстр. С каждым словом ему, казалось, все легче давалась речь дровов.
– Я…. пич.
– Пич? – вытаращил глаза Белвар, пододвигаясь к Дзирту. Свирфнеблин смотрел на поверженного пещерного урода с понятным недоумением. – Ты слегка великоват для пича, – заметил он.
Дзирт перевел удивленный взгляд с чудовища на Белвара: дров впервые слышал это слово.
– Дети камня, – пояснил Белвар. – Странные небольшие создания. Твердые как камень и живущие лишь для того, чтобы его обрабатывать.
– Звучит так, словно речь идет о свирфнебли, – обронил Дзирт.
Белвар помедлил, раздумывая, комплимент это или оскорбление. Так и не решив, он продолжил не без опаски:
– Не так уж много пичей существует на свете, и еще меньше выглядят, как этот! – Он бросил на монстра настороженный взгляд и жестом показал Дзирту, чтобы тот держал свои сабли наготове.
– Б-6-больше не п-пич, – заикаясь, произнесло чудовище гортанным голосом с явными нотами жалости к себе. – Не пич больше.
– Как тебя зовут? – спросил Дзирт, в надежде отыскать ключ к истине.
Пещерный урод надолго задумался, затем беспомощно тряхнул своей огромной головой.
– Н-н-е пич больше, – повторил он и решительно откинул назад морду, украшенную клювом, при этом щель в его экзоскелетном панцире расширилась, словно приглашая Дзирта завершить удар.
– Ты не можешь вспомнить свое имя? – спросил Дзирт, не очень-то стремясь убить это создание. Монстр не отреагировал. Дзирт взглянул на Белвара, но хранитель туннелей лишь беспомощно пожал плечами.
– Что случилось? – продолжал допытываться Дзирт. – Я хочу знать, что случилось.
– К-к-кол…. – монстр силился ответить, подбирая слова. – К-к-колдун. 3-злой колдун.
Дзирт имел некоторые представления о приемах магии, а также о результатах небрежного обращения с ней. Дзирт понимал возможность подобных казусов и начал проникаться доверием к этому странному созданию.
– Тебя превратил маг? – спросил он, догадываясь об ответе. Он и Белвар обменялись взглядами. – Я слыхал о подобных заговорах.
– Я тоже, – подтвердил хранитель туннелей. – Магга каммара, темный эльф, я видел, как маги. Блингденстоуна пользовались подобной магией, когда нам нужно было проникнуть…. – Глубинный гном внезапно остановился, вспомнив, откуда родом его товарищ.
– В Мензоберранзан, – широко улыбаясь, закончил за него Дзирт.
Белвар смущенно крякнул и вновь повернулся к чудовищу.
– Выходит, ты был когда-то пичем, – сказал он, желая расставить все точки над «i», – и какой-то маг превратил тебя в пещерного урода.
– Да, – ответило чудовище. – Больше не пич.
– Где твои собратья? – спросил свирфнеблин. – Насколько я знаю, пич не часто путешествует в одиночку.
– М-м-мертвы, – произнес монстр. – Злой к-к-к….
– Колдун-человек? – подсказал ему Дзирт.
Огромный клюв возбужденно дернулся:
– Д-да, человек.
– И этот маг, выходит, оставил тебя мучиться в этом мерзком образе? подвел итог Белвар.
Он и Дзирт обменялись долгими и жесткими взглядами, а затем дров отступил, позволяя монстру подняться.
– Я хот-т-тел, чтобы т-ты уб-б-бил меня, – сказало чудовище, принимая сидячее положение. Оно с явным отвращением посмотрело на свои когтистые лапы. К-камень, камень потерян…. для меня.
Белвар в ответ поднял свои кованые руки.
– Я тоже когда-то считал так. Ты жив и больше не одинок. Пойдем с нами к озеру, там можно спокойно поговорить.
Пещерный урод поспешно согласился и с огромным усилием начал поднимать с пола свою тушу, весившую добрых четверть тонны. Под скрежет и лязг жесткого панциря этого создания Белвар предусмотрительно шепнул Дзирту:
– Держи свои клинки наготове!
Пещерный урод наконец поднялся, достигнув внушительного роста в десять футов, и дров не стал оспаривать логику Белвара.
Не один час понадобился заколдованному монстру, чтобы рассказать двум приятелям о своих приключениях. Не менее поразительным, чем сам рассказ, было то, что просто на глазах улучшалось его владение дровским языком. Этот факт и подробности прошлой его жизни-жизни пича, целиком посвященной добыче и обработке камня, о чем он рассказывал со священным трепетом, – все это убеждало Белвара и Дзирта в правдивости его причудливого повествования.
– Приятно снова заг-г-говорить, хотя это и не