Вновь судьба ведёт Анта-Изгоя по непроторенному пути. За спиной осталась и Зыбь с демонами, а впереди земли существ, которых даже твари Тьмы называют — Другие. Кто они? Как встретят пришлого? Нет ответов на эти вопросы, но нет и пути обратно. Слишком много сильных и наделённых властью врагов остаётся там, откуда приходится уходить. А ему ещё многому нужно научиться, чтобы однажды остановиться, развернуться и сделать первый шаг в обратном направлении.
Авторы: Радов Анатолий Анатольевич
в Вигларе. То есть ни с нами не поехал, ни завтра с отрядами не пойдёт. Как бы он не решил подмять под себя власть в отсутствие меня, Курнака и Сальгара.
— Тиглим! — крикнул ехавший впереди сэт, вскинув руку, и я вновь глянул вперёд. У самого горизонта показалась длинная серая стена, выглядевшая издали монолитной.
Глава двадцать шестая
Когда до города оставалось метров двести, по краям дороги потянулись большие палатки, возле которых неспешно занимались своими делами сэты. Многие, заметив меня, бросали их и откровенно пялились на непонятно откуда взявшегося здесь человека. Однако я никак не реагировал. Знал, что так и будет. В памяти ещё живо стояли первые дни, проведённые в Вигларе.
А чтобы и вовсе отвлечься, я сосредоточился на стене. Высотой она была метров десять, не более. В Ольджурии стены вокруг городов куда выше, разумеется там, где они вообще есть. В Зыби тоже. Высота стены вокруг Чит-Тонга с пятиэтажную хрущёвку, а может и больше.
На воротах нас остановили на время, доложили командиру привратников, тот пришёл, задал Курнаку несколько вопросов, постоянно косясь на меня, и после этого пропустил. Что удивительно, про мою персону не было спрошено ни разу. Наверное, успели предупредить.
Мы двинулись шагом по улице, свернули раза четыре и остановились возле единственного пока встреченного нами здания в три этажа, с высокой аркой в центре, разделяющей его на два крыла, в каждом из которых имелся вход. Красивые и тяжёлые на вид двустворчатые двери были распахнуты настежь, впрочем, как и все ставни. Из одного окна на втором, опершись на подоконник, на нас с интересом смотрел сэт в сиреневого цвета накидке. Курнак, видимо, узнал его, махнул рукой. Сэт кивнул, приветствуя.
Из переулка, наполняя улицу гулом шагов, показался целый отряд стрелков, шедший строем, и нам пришлось посторониться. Асгат слегка занервничал, фыркнул недовольно. Успокаивая, я погладил его по шее, и мельком взглянул на охранников у ближней к нам двери. Молодцы, выдержка что надо. Ни одного взгляда на меня в отличие от проходящего мимо отряда. Тут в мою сторону не поленился посмотреть каждый.
Отвязав рюкзак, я передал поводья одному из полудюжины подбежавших сэтов подростков. Затем повесил рюкзак на плечо, и усмехнувшись тому, как выгляжу со всей этой поклажей и оружием, вслед за остальными зашагал к входу в правом крыле. Поднимаясь по широкой лестнице с мраморными ступенями, полюбовался неизменными статуями, подпирающими небольшой козырёк перед дверьми, потом, так же как и все остановился, ожидая пока один из охранников посмотрит бумаги, которые ему недовольно сунул в руки Сальгар.
— А то ты не знаешь меня, Ральгар, — буркнул он при этом, скривив лицо.
— Положено проверять, — сухо ответил охранник. — Со вчерашнего дня город на особом положении, Сальгар.
Но, несмотря на это особое положение, он вдруг протянул листки обратно, так и не посмотрев на них.
— Ладно, — на его лице появилась улыбка. — Как там твои дочки? Подрастают? А то мой старший жениться надумал. Говорит, ну их городских, хочу из посёлка себе жену, чтоб настоящая.
— У них уже женихи есть, — буркнул Сальгар, и взяв бумаги, шагнул через порог.
Один за другим мы последовали за ним, я успел поймать на себе заинтересованный взгляд обоих охранников, улыбнулся тому, что с порога решил посватать своего сына, и он недовольно отвёл взгляд.
— Сказал ему на свою беду про дочерей, — услышал я тихий голос Сальгара. К кому он обращался, понять было трудно. После яркого света на улице я ни черта не видел и шёл практически «по приборам». — Теперь, как приезжаю в Тиглим и встречаю его, постоянно спрашивает. Уже вторую весну своего сына женить не может, что ли?
— Да не обращай внимания, — ответил ему кто-то из наших. — Наверное, сын у него такой же оболтус, как и папаша.
— А ты его знаешь? — спросил Сальгар.
— Да нет, по его глупому виду догадался.
Сальгар хохотнул, меня кто-то тронул за локоть, корректируя направление, и вскоре мы зашагали вверх по лестнице, ещё более широкой, чем та, что была перед входом. Сюда уже доходил свет из широкого окна на площадке, и видимость стала нормальной. Преодолев ступеней двадцать, мы вышли в огромный зал, где нас встретили трое сэтов из местных. Послышались приветствия, кто-то обнялся…
— Хайри.
Я увидел перед собой одного со мной роста сэта. Он улыбнулся.
— Ульгар, сын Наргара, старшего сэта нашего города. Честно говоря, ни разу не видел человека.
— Ещё четыре декады назад я ни разу в своей жизни не видел сэта.
Мои губы тоже тронула улыбка. Что-то было во взгляде этого Ульгара располагающее к себе. Открытость какая-то, почти детская, и в то же время чувствовался глубокий ум.
