Изумруды пророка

когда там пребывал Ла Брокьер. Тогда он был всего лишь третьим сыном султана Мурада, но после смерти двух своих старших братьев оказался первым. И это был человек, который в двадцать один год покорил Византию, человек, изобретательность и дерзость которого как военачальника не знала себе равных. Представляешь, он не просто привел к стенам Константинополя двухсоттысячную армию с мощной артиллерией, он еще к тому же и доставил с Босфора в бухту Золотой Рог военные галеры по суше! Для этого он ночью, уложив на всем пути бревна и смазав их маслом и мылом, прокатил по холмам корабли. Сам понимаешь, подобный тип ни за что не выпустит из рук добычи, и, вполне может быть, мы сможем обнаружить наши камни в стамбульской сокровищнице сераля…
– Это было бы слишком хорошо! – вздохнул Морозини, покачивая бокал с «Шамбертеном» и принюхиваясь к аромату дивного напитка. – Хочу тебе напомнить, что там, в Истанбуле, больше нет никаких султанов. А значит, сокровищница…
– Могу тебя заверить, что она-то на прежнем месте. Прежде всего потому, что последний из султанов не так уж давно отправился в изгнание, причем так быстро, что вряд ли успел захватить что-либо с собой. А кроме того, новый правитель страны Мустафа Кемаль-паша, которого называют Ататюрком, вовсе не из тех людей, какие способны разбазаривать эти сказочные скопления золота, бриллиантов и драгоценных камней всех разновидностей, по его мнению принадлежащих всему народу, неподкупным вождем, а следовательно, и простым хранителем сокровищ которого он хочет себя представить. Да, в общем-то, как говорят, таков он и есть…
– Что ж, может, ты и прав… Значит, мы снова садимся в милый нашему сердцу Восточный экспресс?
– Нет, сначала на пару дней заедем в Париж. Хотя бы для того, чтобы сменить содержимое наших чемоданов. А кроме того, – продолжал Видаль-Пеликорн, – мне придется повидаться с турецким послом, чтобы получить от него рекомендательное письмо к правительству и к главному хранителю Сокровищницы, которая находится в Топкапы-Сарае. У меня достаточно титулов и связей, чтобы тут не было особенных проблем, – добавил он с видом, вызвавшим улыбку друга.
– Да уж, и скромности тоже тебе не занимать! Одновременно тебе надо будет подумать о том, как забрать оттуда камни, если они действительно еще там, и унести свои головы… Договорились! Значит, едем в Истанбул, но сначала…
– А тебе бы не хотелось сделать крюк и заехать домой, в Венецию?
– Нет, ни в коем случае! Вернуться в дом без Лизы – об этом не может быть и речи. Ги Бюто просто заболеет, узнав, что случилось, а мне необходимо, чтобы он был в полном здравии и чтобы никакие дурные мысли его не мучили: ведь ему приходится управлять всеми нашими делами, пока я занят поисками этих проклятых изумрудов. Любой ценой нужно скрыть от него похищение Лизы, которую он любил бы не больше, будь она даже его собственной дочерью. Нет-нет, не в Венецию… В Прагу!
Адальбер, который все время разговора попивал свое бургундское, поднял на друга удивленный взгляд.
– А туда-то зачем? Ты что – хочешь повидаться с…
– Иегудой Леви? Да. И вообще, мне следовало подумать об этом раньше. Если кто-то и может помочь нам в наших поисках, то именно он, главный раввин Праги. Взгляд этого человека так же легко проникает в прошлое, как и в будущее. И в любом случае, я смогу получить от него, по крайней мере, хороший совет…
Голос Альдо затих, стены роскошного отеля, затуманившись, отступили, и перед его мысленным взором появился, как наяву, высокий темный силуэт величественного и благородного человека с длинными седыми волосами, ниспадающими из-под черной ермолки… Как будто и не прошло столько времени! Морозини охватила внутренняя дрожь – так, будто он снова окунулся в таинственную атмосферу грозовой ночи, когда призрак императора отвечал на зов этого человека…
– С того самого момента, как речь зашла о предметах иудейского культа, мне надо было подумать о встрече с ним, – прошептал князь как во сне.
– Но почему ты думаешь, что сейчас слишком поздно? Это действительно блестящая идея. Сейчас покончим с обедом и двинемся в Париж. Я займусь всем необходимым, а ты отправишься в Богемию. Оттуда тебе не составит никакого труда поехать прямо в Стамбул, где мы и встретимся в «Пера-Паласе» через неделю или дней через десять…
Не прошло и двух дней, как князь уже был в Праге, где в прошлом году пережил столь волнующие приключения в тронном зале Градчан и видел смерть так близко. В отеле «Европа» его встретили с той неброской любезностью, с какой в подобных дворцах всегда принимают постоянных клиентов. Ему отвели на третьем этаже тот же номер, который он занимал прежде: с балконами над вершинами старых лип на Вацлавской