Венецианский князь Альдо Морозини полагал, что с приключениями в его жизни покончено. Он разыскал четыре камня из священной пекторали, а главное — нашел любовь. И вот в самом начале свадебного путешествия его молодую жену похищают Чтобы спасти ее, князь должен найти еще два священных камня — изумруды, за которыми тянется длинный кровавый след. В своих поисках он не раз оказывается на краю гибели: в турецкой тюрьме, в замке Дракулы Но, ловко ускользая от опасностей, Морозини смело идет от одного удивительного открытия к другому
Авторы: Жульетта Бенцони
которая могла бы нас устроить.
– О, нет! – простонал несчастный Альдо, у которого снова возникло ощущение, будто он уперся во внезапно выросшую перед ним непреодолимую стену.
– Но зато есть одна великая княгиня. Твоя графиня-цыганка, должно быть, что-то спутала, впрочем, скорее всего покупательница просто поостереглась называть ей свое настоящее имя. Да, все, что я могу тебе предложить, это великую княгиню!
– Русскую? И после Октябрьской революции?
– Немногим, и даже очень немногим из них, не стану спорить, все-таки удалось сохранить свое состояние; но на этот раз наша великая княгиня своим титулом обязана вовсе не принадлежностью к семье русского царя. На самом деле она грузинка. Федора Дадиани, ведущая свое происхождение от мегрельских
князей, в свое время вышла замуж за великого князя Карла-Альбрехта Гогенбурга-Лангенфельса, который был намного старше ее и оставил ее богатой вдовой, владелицей земель и замков, в том числе одного весьма значительного…
Воскрешенный этим известием Альдо звучно хлопнул себя ладонью по лбу.
– Один из тех медиатизированных князей,
которых в Германии было полным-полно! Как же я раньше об этом не подумал? Я знаю понаслышке о великой княгине Федоре, но никогда с ней не встречался и понятия не имел о том, что она собирает драгоценные камни…
– Собственно говоря, она этим и не занимается, она всего лишь страстно любит изумруды…
– …И не смогла устоять перед теми самыми камнями, которые я ищу! Ну что ж, тетушка Амелия, по-моему, за несколько минут вам удалось полностью разобраться в этом вопросе. «Свет» и «Совершенство» теперь находятся у этой женщины, и я непременно должен ее найти!
– Не так-то это легко сделать, как тебе кажется. Эта женщина, кстати, очень красивая, путешествует по всему свету и коллекционирует любовников. Во всяком случае, так мне сказали, – уточнила маркиза, а затем повернулась к старой деве: – План-Крепен, не попросите ли вы принести мне чашечку кофе: этот милый мальчик выпил весь кофейник!
– Знаете ли вы кого-нибудь, кто мог бы меня ей представить?
– Да нет, пожалуй. Если не считать румынской королевы Марии, которая терпеть ее не может, и Манфреда-Августа, который был ее любовником и с которым я встречалась всего один раз в жизни, в Бухаресте, мне никто и в голову не приходит…
И тут раздался спокойный, но вместе с тем торжествующий голос Мари-Анжелины, уже собиравшейся выйти из комнаты, чтобы передать распоряжение маркизы:
– Послезавтра принцесса Мюрат устраивает в своем особняке на улице Монсо благотворительный вечер в пользу Комитета помощи русским эмигрантам… И княгиня Федора там будет!
– Откуда, черт возьми, вы это знаете?! – вскричал потрясенный Альдо, но у госпожи де Соммьер ответ был уже наготове.
– Шестичасовая месса в церкви Святого Августина, разумеется! Ты разве забыл, что именно там План-Крепен добывает большую часть сведений? Но откуда, – продолжала она, повернувшись к своей чтице, – откуда вам известно, что она, как вы говорите, там будет?
– О, она в каком-то смысле главная гостья на этом вечере. В особенности для челяди: она до такой степени щедра, что слуги принцессы Мюрат чуть ли не свечи жгут в ее честь, когда она появляется. И потом, не говоря уж о том, что она украшает собой любое собрание, ее присутствие напоминает о покойной принцессе Ахилл Мюрат, урожденной Саломее Дадиани, мегрельской царице и ее кузине. В доме Мюратов склонны поддерживать воспоминания о коронованных особах.
– Я бесконечно вам благодарен, Анджелина! – воскликнул Морозини, чувствуя, что возрождается к жизни. – Вы, несомненно, лучший источник информации, какой мне когда-либо встречался в жизни. А не знаете ли вы случайно, каким образом я мог бы в течение сорока восьми часов добиться, чтобы меня пригласили в дом, где я не знаю ни одной души, а главное, незнаком с хозяевами? – поинтересовался он, явно поддразнивая старую деву.
Но если он рассчитывал застать ее врасплох, то ошибался. Мари-Анжелина с вызовом поглядела на него.
– Нет, – сказала она, – пока не знаю, но сейчас же узнаю!
И мгновенно выскочила за дверь. А часом позже уже вернулась с информацией, которая показалась Морозини не лишенной интереса: в тот же день после обеда в особняке Друо должен состояться аукцион, на котором предполагается распродать библиотеку старика-генерала, потомка одного из офицеров Великой армии. На продажу выставлены книги, принадлежавшие Наполеону I, а кроме того, письма императора и его маршалов, которые владелец терпеливо собирал на протяжении всей своей жизни.
