Как достать стража. Влюбить и обезвредить

девушку.
Я прижалась спиной к камню и закрыла глаза, пытаясь хоть что-то услышать. За последние дни несколько раз мне слышались те самые шелестящие голоса из храма, но в этот раз они почему-то молчали.
— Что ты почувствовала, Инни? — тихо спросил Лесар.
— Опасность, — ответила я. — Обычно мне удается указать направление, но не в этот раз. Как будто нам угрожают со всех сторон, и мы окружены. До храма еще далеко?
— Если верить схемам Еджайда, мы почти на месте.
Лесар сохранял спокойствие, но я видела его напряженный взгляд. Стражи ловили каждое его движение и хмурились все больше. А я… Я чувствовала ответственность за жизнь мужчин, ведь по сути мы сейчас исполняли пункты моего плана.
— Что бы ни находилось в храме, это охраняют, — произнесла я. — Значит, пятый осколок не пустышка и важен для «пожирателей». Хотя, для того, чтобы собрать древний артефакт, важна каждая его часть.
— Говори, не останавливайся, — попросил Лесар. — Все, что считаешь хоть немного важным. Озвучь, и мы вместе подумаем, что с этим делать.
Урос и Тюри согласно склонили головы.
Мыслей у меня было так много, что я никак не могла решить, какая из них пригодится именно сейчас. Ладно! Хотят разбираться сами — пусть.
И я стала говорить…
— Эликсир лучше выпить. Без него никто из вас не увидит врага.
Муж кивнул, тут же в руке каждого из мужчин появилось по флакону.
— Я еще слишком неопытный страж, но знаю, как прозрачная магия воинов Леандора действует на врагов. Чтобы отразить атаку «пожирателей», мы должны стать единым центом, рассыпающим вокруг себя такую магию. Причем всегда, пока будем находиться в опасной зоне. Лесар, ведь есть какое-то плетение, которое увеличивает площадь воздействия магии?
— Есть, — подтвердил он. — Не отвлекайся на нас, Инни. Думай!
И я думала, но все равно упускала что-то очень важное.
Если когда-то здесь стоял храм, значит, здесь жили арсы, для безопасности которых и перевезли осколок артефакта. Допустим, «пожиратели» добрались до этого места, но тогда, по логике вещей, горы должны населять низшие неодаренные крылатые. Но пока мы добирались, не видели ни хижины, ни пещеры, ни гнезда.
Конечно, можно предположить, что оставшиеся арсы мигрировали. Например, в столицу. Но история Аэрлеи умалчивала о подобных фактах массовых перемещений. Местные арсы погибли, пытаясь защитить свою территорию и то, что осталось от артефакта. В это я верила больше.
Вывод — кроме пожирателей смерти, был еще враг. Коварный, опасный, невидимый.
«Враг… враг… невидимый враг…» — оживились шелестящие голоса.
Да, а невидимое не покажешь. Я вздохнула.
«Покажешь… покажешь…» — загалдели мои подсказчики из тайной комнаты храма.
— Покажите, пожалуйста, — попросила я.
И… На стене появился знакомый бутон, лепестки раскрылись, змейки расползлись, и осталась снова стена. Только… Только не растут лепестки из пустоты. Что мне говорили голоса? «Пустоты не бывает»! Вот он коварный невидимый враг, вот сосредоточенье «пожирателей магии». То, что мы не видим, но оно влияет на нас, управляет, убивает, когда ему удобно.
И как его обнаружить?
«Пшекай… цвета, как у пшекай…» — снова услышала голос.
Пшекай — ритуальное оружие стража, продолжение магии хозяина. И в моем видении успешно сражались только те первородные, чьи пшекаи были яркими, цветными. Почему? Все очень просто — проникая в тело невидимого врага, магия пшекая делала его видимым. Особенно заметными становились те твари, кого коснулась магия редких сегментов спектра — фиолетового, оранжевого и зеленого. И дело вовсе не во вкусовых предпочтениях «пожирателей магии», а в безопасности и воле их хозяина.
Мир закружился, и ко мне вновь пришло видение. Пожалуй, самое страшное из тех, что я видела на Леондоре.
Над бездной, ограниченной по периметру скалами, парили четыре стража, а снизу к ним тянулись огромные черные щупальца. Их были сотни, тысячи, десятки тысяч… Воинов же — всего четверо, и одна из них необученная девчонка. Четверка казалась яркой искрой в пасти огромного змея. И не было надежды, и не было пути спасения, но…
Я вздрогнула и распахнула глаза, увидев перед собой Лесара.
— Инни?..
— Нам еще здесь не место. Еще слишком рано, мы не готовы. Но кое-что у нас все же уже есть… — прошептала я.
— Что у нас есть, Инни? — тихо, очень тихо спросил супруг.
— У нас есть вера… и… любовь! А сейчас нам нужно уходить. Немедленно. Разве ты не слышишь?
— Что я должен услышать, мое перышко?
— Как дрожат горы… Это идет смерть, и лишь осколок артефакта не дает ей покинуть горы.
— Лететь сможешь? — спросил