Как достать стража. Влюбить и обезвредить

что вышла замуж за купца и потеряла право именоваться леди. Видимо, всю жизнь ненавидела мужа за это, вот мужик и не выдержал. Но, говорят, она весьма сильный маг, высшая арса и член магического совета. Ох уж этот совет! Такое ощущение, что это не прогрессивный орган управления магией, а сборище старых маразматиков и ретроградов! Даже супруг, которому по должности положено присутствовать на многих заседаниях, приходит оттуда хмурым. Часами молчит и злится.
— У меня сложилось примерно такое же мнение о совете, хотя я читала только их законы, указы и планы заседаний, — улыбнулась я.
— Про остальных Стэвов ничего не знаю. Их мало, но тоже могу спросить у мужа. А почему это тебя так волнует? Ведь не только из-за Светланы тебя так совет магов заинтересовал, правда?
Нет, врать ей я не могла. Честно поделилась мыслью:
— А ты не смотрела на членов совета магическим зрением? — поймала вопросительный взгляд Настасьи и продолжила: — Когда читаешь их скрижали, невольно задаешься мыслью, что все это происходит по чьей-то указке.
— Близко не просматривала, но у меня и мысли такой не возникало, — нахмурилась Тэсс. — Сначала я никак не могла принять свой дар, а когда начала видеть магию других, включая редкие сектора и темных, то работы навалилось столько…
— Понимаю…
— Нет, не понимаешь! — уставилась на меня сестра. — Это важно, Женя. Это очень-очень важно! Темных видим лишь мы втроем, еще те, кто на себе испытает зелье твоей сестры, но пока его слишком мало. Членов совета, многих придворных, короля и королеву мать стоит просмотреть! К слову, я сама их сегодня увижу впервые. Видимо, им не слишком хотелось встречаться с человечкой, хотя пару подарков из дворца мне передали.
— Тогда… Давай это сделаем!
— На балу!
— На балу, — кивнула я. — Думаю, и Света нам не откажется помочь.
Мы так увлеклись беседой, что почти не обращали внимания на мастера и сестру, которая принесла себя в жертву искусству. Зато сейчас разом обернулись.
— Готово, леди! Фуэрт свою работу знает! — с гордостью сообщили нам.
А вот гордиться ему было и нечем. Совсем нечем.
Работа мастера вызывала стойкое ощущение жалости… к Светке. На нас смотрел тускло-рыжий пудель с высоким начесом на макушке и длинными свисающими ушами по бокам, которые успешно заменяли пучки завитых локонов. Красивый сочный цвет запудрили до неузнаваемости, волосы приобрели оттенок кирпича на стройке, испачканного строительными смесями и пылью. Грустное лицо сестры добавляло комичности картине.
— Это что? — тихо… очень тихо спросила я, ощущая, как зверею.
— Женечка, не надо! — пискнула Светка.
— А я его не больно убью…
— И быстро! — вклинилась в разговор Настасья, вставая рядом. — Можно было бы с пытками, но гуманность наше всё!
На лице Фуэрта эмоции менялись, как картинки в телевизоре, когда быстро переключаешь каналы. Он хлопал ртом, но по факту ничего не произносил.
— Я, кажется, у вас спросила, что случилось с потрясающими, прекрасными волосами моей сестры? — отчеканила я.
Светка всхлипнула и закрыла лицо руками. Видимо, увидела свое отражение в зеркале.
— Отвечайте, мастер, отвечайте, — спокойно произнесла Тэсс и сделала глоток из своей чашки. — Заодно расскажите, кто из врагов Аэрлеи подослал вас, чтобы перед помолвкой испортить настроение невесте первого королевского помощника своей вопиюще отвратительной бездарной работой? Надеюсь, вы понимаете, что остаток жизни проведете в рудниках, принося хоть там какую-то пользу королевству арсов.
Она поставила чашку и разгладила на юбке несуществующие складки. Зато мастер… Его кожа приобрела белоснежный оттенок, он дрожал, потел, хлопал глазами, а потом бухнулся на колени и пополз по ковру к Тэсс.
— Клянусь, меня никто не подсылал… Клянусь… Такова мода… Просто оттенок волос у леди редкий и стиль прически к нему подходит плохо, но я старался… Клянусь…
— Знаешь, с кем разговариваешь? — прищурилась Тэсс.
— Знаю, Великая герцогиня Агиар, и молю пощадить… — всхлипывал он.
Я же осматривала Светкину голову. Ничего критичного, если вымыть и просушить волосы. А прически мы часто сами себе делали.
— Что-то мне убивать перехотелось. Отпусти его, ради всех перворожденных, — попросила я сестру. — Сами без него разберемся.
Не похоже, что мастер сотворил свое чудо со зла. Да и мелькало в академии что-то похожее. Правда, не казалось таким вульгарным. А уж о политическом заговоре и речи не шло. Никто в своем уме не связался бы с таким трусом.
— Пошел вон! — рыкнула на мастера Тэсс. — И чтобы я тебя больше никогда не видела!
Фуэрт выскочил на балкон, и через секунду