Оливия и Виктория Хендерсон. Сестры-близнецы, похожие как две капли воды, и такие разные!.. Одна — живая, искрометная, вечно жаждущая новых острых ощущений, и в то же время бесконечно чистая душой… Вторая — спокойная, уверенная в себе, целеустремленная, но при этом — нежная и ранимая… У каждой — своя судьба, свои удачи и разочарования, взлеты и падения, у каждой — свои надежды и мечты, у каждой — своя любовь…
Авторы: Даниэла Стил
останется она, Оливия?
– Виктория, попытайся по крайней мере привыкнуть к нему! Хотя бы ради себя!
Она никому, даже своей сестре, не признается, какие чувства питает к Доусону и как убита решением отца. А Виктория слишком жалела себя, чтобы заметить, как расстроена Оливия. Вечером она отказалась спуститься к ужину.
– Ну как она? – тихо спросил Эдвард, когда Оливия уселась за стол.
– Убита, потрясена. Последние несколько недель ей тяжело приходилось. Но она привыкнет. Дай ей время.
Эдвард кивнул и немного погодя печально заметил:
– Скоро останемся вдвоем. Тебе будет очень одиноко?
– Я буду ужасно по ней скучать, – призналась Оливия, смахивая слезы. Сама мысль о разлуке с сестрой была невыносимой, а потеря Чарлза означала трагический конец ее девических грез. – Но я не покину тебя, папа, обещаю.
– Кто знает, возможно, когда-нибудь и покинешь. Как только все утихнет и она выйдет замуж, мы снова попробуем покорить Нью-Йорк и ты встретишь своего принца.
Он нежно улыбнулся дочери, не зная, какую боль причинил.
– Не нужен мне никакой принц, папа. У меня есть ты. Здесь мое место. Не хочу я выходить замуж, – убежденно поклялась девушка.
Отец не мог представить ее старой девой и все-таки со старческим эгоизмом боялся расстаться с дочерью. Она так прекрасно вела хозяйство и к тому же была для отца истинным утешением, куда большим, чем Виктория. Может, что Господь ни делает, все к лучшему?
– Я всегда буду заботиться о тебе, клянусь. И когда-нибудь все здесь, включая дом, отойдет тебе, Оливия. Виктория получит дом в Нью-Йорке. Тебе он не понадобится.
Он уже все решил. Все устроил. Остаток жизни она проведет здесь в качестве домоправительницы. За что она так прогневала Господа?
И хотя Оливия никогда не мечтала получить Чарлза, все-таки не ожидала, что его поднесут сестре в буквальном смысле слова на блюдечке в «наказание» за ее проступок. Какая ирония!
– Ты позволишь мне навещать ее? – спросила Оливия затаив дыхание. Как невыносимо будет потерять не только свою вторую половинку, но и человека, о котором втайне грезила!
– Разумеется, дорогая, – согласился отец. – Я не собираюсь разлучать вас, мне только хочется помочь Виктории выпутаться из той ужасной передряги, в которую она впуталась по собственной вине!
Слушая отца, Оливия горько жалела, что с самого начала не сумела разлучить Тоби с Викторией. Как же сестра ухитрилась испортить себе жизнь всего за несколько недель!
– Можешь приезжать к ней, когда захочешь, только не забывай обо мне.
Он улыбнулся, и Оливия обняла отца и спрятала на его плече заплаканное лицо. Больше ей нечего хотеть, желать, добиваться, некуда стремиться. Она всегда будет принадлежать только отцу.
Неужели жизнь ее кончена?
Чарлз и Джеффри Доусоны прибыли в Кротон в конце ноября ясным солнечным днем. В воздухе веяло холодком, пахло дымом горящих листьев, во всем чувствовалось приближение зимы. Как раз перед их приездом повар зарезал индейку. Завтра праздник, День благодарения.
Эдвард уехал в Тарритаун по делам, а Виктория отправилась кататься верхом по окрестностям. Никто не встречал гостей, и Оливия, хлопотавшая на кухне, по чистой случайности глянула в окно и заметила гостей. Она поспешно вытерла руки о передник и быстро выбежала во двор, даже забыв накинуть пальто. Она была так счастлива видеть Чарлза, что ей хотелось броситься ему на шею. Может, это и сбудется… когда он станет ее родственником.
Сдержавшись в последний момент, она улыбнулась, протянула руку, пробормотала вежливое приветствие и только потом взглянула на Джеффри.
Сердце ее перевернулось. Она словно встретила родного человека, с которым не виделась сто лет. Человека, бывшего неотъемлемой частью ее жизни.
Слегка наклонившись, она протянула руку, которую мальчик серьезно пожал.
– Здравствуй, Джеффри. Я Оливия, сестра Виктории.
Мальчик быстро взглянул на отца, и Оливия сообразила, что тот ничего не сказал сыну. Видимо, сначала хотел побеседовать с Викторией и понять, готова ли она к столь решительному шагу.
– Мы с Викторией близнецы, – пояснила девушка и мгновенно заметила в глазах ребенка искорки неподдельного интереса. – Это означает, что мы похожи как две капли воды, и бьюсь об заклад, ты не сумеешь нас различить.
– Спорим, что сумею! – храбро возразил мальчик, ероша светлые волосы. Он напоминал Чарлза, но не слишком, и Оливия могла только предположить, что Джеффри унаследовал внешность от матери. Она с первого взгляда ощутила, как близок ей этот осиротевший ребенок,
