Как подскажет сердце

для прислуги. Вероятно, их просто случайно проглядели, когда перетряхивали сундук. Иначе жадная Друода ни в коем случае не оставила бы здесь ни единого камешка. Как и изумруды, эти сапфиры ценились дороже бриллиантов и жемчуга. За них девушка надеялась купить свободу.
Вскоре после рассвета к парадному крыльцу дома подвели лошадь для Брижит. Она вышла в своем голубом платье и плаще, отделанном серебряным позументом и скрепленном на плече брошью. Сейчас она походила на прежнюю Брижит, прекрасную и даже дерзкую. Золотистые волосы, заплетенные в толстые косы, спускались по плечам до пояса.
Друода уже сидела верхом. Рядом с нею гарцевали два дюжих молодца, которых Брижит раньше никогда не видела. Друода ничего не стала объяснять девушке и двинулась впереди маленького кортежа к воротам в каменной крепостной стене. Незнакомцы ехали по обеим сторонам Брижит. Только через час, когда они были примерно на расстоянии мили от владений Вильгельма и Друода немного придержала лошадь, Брижит смогла спросить об этих двух мужчинах, и ее подозрения подтвердились.
— Это твоя охрана. — отрывисто сообщила Друода. — Они проследят за тем, чтобы ты не исчезла до свадьбы.
Девушка совсем сникла. Как же теперь бежать, если за нею постоянно следят?
Остаток дня был еще более тягостным. Они провели его с хозяином замка и его дочкой, такой же тучной, как и ее папаша. Вильгельм был гораздо старше отца Брижит. Седые волосы пучками торчали вокруг заплывшей жиром головы. Посреди его уродливого лица сидел красный мясистый нос, а поросячьи черненькие глазки не отрывались от невесты в течение всего банкета.
Обед подали в большую залу — пустую комнату огромных размеров, ее мрачные каменные стены местами были украшены шпалерами и оружием. Брижит не Могла даже прикоснуться к еде. Ее тошнило, когда она смотрела, как другие с аппетитом поедают поданные яства. Зато Друода оказалась в своей компании: вокруг нее сидели такие же обжоры, как и она сама.
Превосходная заливная рыба и пикантные морские ежи были поданы на закуску и вскоре уничтожены. Горячее — жареный страус под сладким соусом, голуби, баранина и отварной окорок — исчезло молниеносно. На десерт подали пирожные, финики с начинкой в меду и приправленное миррой вино. Обычно торжественный обед занимал полдня, но этот продлился не более часа.
А потом, когда жених пригласил Брижит посмотреть на бой дрессированного пса с волком — представление, устроенное специально для нее, она испугалась, что не перенесет это зрелище, которое всегда считала жестоким и бессмысленным.
При первой возможности несчастная девушка выбежала из зала во внутренний двор и глубоко вдохнула прохладный воздух, радуясь, что наконец избавилась от этого кошмара. Но облегчение длилось недолго. Дочка Вильгельма вышла следом и внезапно злобно заговорила с нею:
— Я хозяйка в этом доме, и навсегда ею останусь. Ты уже четвертая невеста-ребенок, которую мой отец приводит в дом, и если надеешься командовать здесь, то закончишь так же, как и остальные, — смертью.
Слишком потрясенная, чтобы отвечать, Брижит неверными шагами отошла от нее. Вскоре они покидали замок Вильгельма, и бедная невеста, едва не расплакавшись, выдавила из себя слова прощания.
По дороге домой слезы застилали ее взор. Охранники находились поблизости, и девушка не представляла себе, как сбежать от их неусыпного надзора. Но что она потеряет, если предпримет отчаянную попытку добраться до графа Арнульфа? Брижит решительно вытерла слезы и пришпорила свою лошадь. В несколько мгновений кобыла умчалась от остальных. Однако стражники ожидали этого и догнали беглянку, прежде чем она достигла последнего дома деревни.
Они привели девушку обратно к Друоде, встретившей ее таким сильным ударом, что Брижит упала прямо в дорожную грязь и едва смогла перевести дух. Насилие разъярило ее до последней степени, но она скрыла свои гнев в надежде, что Друода подумает, что на сей раз ее воля сломлена. Девушка лишь утерла грязь с лица и позволила одному из стражников грубо подсадить себя на лошадь.
В глубине души Брижит просто кипела от гнева, она нетерпеливо дожидалась, когда охранники потеряют бдительность. Ссутулившись в седле и низко опустив голову, она старательно изображала смирение.
Девушка была так поглощена своими мыслями, что заметила, что уже наступил вечер, только когда ее щек коснулся леденящий ночной холод. Брижит быстро подняла капюшон плаща и поглубже натянула его на голову. Проделывая это, она украдкой огляделась и заметила, что теперь около нее ехала одна Друода. Ее стражники проехали немного вперед, чтобы предупредить о возможном появлении разбойников.
Это был последний шанс. Ночная тьма поможет