Как соблазнить герцога

собственность, землю… и, возможно, выяснить, что надо сделать в доме, чтобы он был пригоден для проживания семьи.
– Не хочешь ли ты сказать, что вы с леди Тидвелл… – Роган приподнял бровь и понимающе улыбнулся.
– Нет еще. Но чувствую, что это время скоро настанет. Нужно хорошо подготовиться, не так ли? – Квин подошел к Мэри. – Сестра. – Он поклонился ей и чмокнул в щеку.
Мэри наклонилась, чтобы сделать то же самое.
– Вы же понимаете, что мы еще по-настоящему не женаты, – прошептала она ему на ухо.
– Роган объяснил мне все сегодня утром, – ответил он спокойно. – Я сожалею об объявлении в газете.
– Не имеет значения, – сказала Мэри и потом продолжила, говоря ему прямо в ухо: – Я не возражаю против бракосочетания, потому что люблю вашего брата и, возможно, он когда-нибудь полюбит меня.
Щеки молодой леди вспыхнули румянцем. Она не знала, что нашло на нее и почему ей надо было признаться кому-то в своих чувствах к Рогану, но поделать с собой ничего не могла.
Глаза Квина заискрились, он дружески улыбнулся Рогану.
– О чем это вы говорите? – Роган озадаченно хлопал ресницами.
У Мэри опять комок подступил к горлу. Спазм не проходил до тех пор, пока Квин не улыбнулся и не помахал тростью брату, поднимаясь по ступенькам экипажа.
– Я вернусь в среду утром! – крикнул Квин.
Лакей закрыл дверь, и экипаж помчался вперед. Мэри смотрела вслед до тех пор, пока он не скрылся из виду.
Роган приподнял брови:
– Пойдем в дом, моя дорогая?
С лучезарной улыбкой Мэри взяла его под руку, и они стали подниматься по ступенькам.
Прошел лакей и открыл для них дверь.
Роган остановился, озорно взглянул, схватил ее на руки и внес через порог в холл.
– Добро пожаловать в ваш новый дом, моя герцогиня.

Остаток дня прошел очень быстро, Мэри даже оглянуться не успела.
Сидя за пембукским столиком около одного из окон в своей спальне, она любовалась красным закатом, полыхавшим над городскими домами вдоль Портман-сквер.
Все комнаты в доме были красиво задрапированы яркими тканями и украшены великолепными скульптурами и картинами. Мебель поражала своими большими размерами. По словам Рогана, ее сделали на заказ под его высокий рост. К этому надо было привыкать.
Когда Мэри села на большой диван в гостиной, к ее удивлению, туфли не доставали пола, и она почувствовала себя маленькой, как леди Аппертон. Кровать в спальне была высокой и массивной, как и сам Роган. Она представила, как Роган, обнаженный, поднимает ее на руки, играя упругими мускулами, несет в кровать, глядя на нее озорным взглядом.
Как долго ей еще мечтать об этом, ожидая своей свадьбы?
Мэри стала вытаскивать из сумки бутылочки, булавки, баночки и расставлять свое дамское хозяйство на туалетном столике. Она развернула кружевной носовой платок и промокнула им капельки пота, выступившие на висках.
– Дома довольно тепло, правда?
Мэри обернулась и увидела Рогана, стоявшего в дверях и наблюдавшего за ней.
– Если ты разобрала вещи, почему бы тебе не присоединиться ко мне и не выпить в саду? Там в тени деревьев дует прохладный ветерок.
– Звучит заманчиво! – Она улыбнулась ему. – Я приду к тебе через минуту. – Мэри взяла со стола зеркальце и стала себя рассматривать. Проклятье! Случилось то, чего она опасалась, – щеки были красными, как закат. Она выглянула из окна: небо потемнело и уже не пылало яркими красками, фасады домов на другой стороне площади окутала серая дымка, улицы стали совсем темными, как черные чернила. Мэри вздохнула с облегчением – ее пылающие щеки не будут так уж заметны в сгущающихся сумерках.
Дом, в котором днем было видимо-невидимо служанок и лакеев, снующих то туда, то сюда, сейчас, казалось, опустел. Ни в коридорах, ни в комнатах ни души. Внутри дома было темно. Ни единой свечи, которая бы освещала путь Мэри к французским окнам, ведущим во двор.
– Роган? – встревоженно окликнула она, открыла задвижку и вышла во двор. В саду стрекотали сверчки, воздух был напоен ароматом сирени и роз. Но Рогана и там не было. – Пожалуйста, Роган, ответь мне. Ты здесь?
– Сюда, дорогая.
Мэри стала вглядываться в сад, заросший буйной растительностью.
Там, вдалеке, мерцал единственный фонарь. Она пошла по дорожке и вошла в заросший, дикий сад, приближаясь к свету. Когда Мэри сошла с дорожки, ноги тотчас запутались в плюще.
– Роган? – Положив руку на шершавый ствол, она стала осматриваться. Но свет исчез.
Луна поднималась, и мягкий голубой свет стал проникать сквозь ветви каштанового дерева. Она заметила, как впереди что-то двигается по маленькой тропинке.