Как в сказке. Золушка и Принц

никто не услышит, как она плачет и не пристанет, спрашивая, в чем дело.
  Алена прошла в свою комнату, и взяла большую мягкую игрушку, чем-то похожую на плюшевого медвежонка, но все же с головой львенка и к тому же красно-белого цвета. Он не был любимой игрушкой в детстве, но стал такой, как и самой дорогой ей, после смерти мамы. Алена берегла львенка, как хорошие воспоминания. И раньше, когда рядом еще не было Марка, обнимала игрушку, плача или грустя.
  И сейчас она впервые за пять лет устроилась с ней на кровати, включив громко любимую музыку. Теперь нельзя больше звонить Марку или ехать к нему, чтобы он обнял и успокоил ее. Теперь нужно привыкать жить без него. Снова самой справляться со своими проблемами, как и было до встречи с ним. Но почему то от этой мысли еще больше хочется плакать.
  — Он ведь все равно останется моим другом. — Прошептала Алена сама себе, сквозь слезы. — Он не умер и не ушел навсегда. Он просто влюбился в другую девушку. И я должна радоваться за них с Настей.
  Еще сильнее разрыдавшись, Алена спрятала лицо в мех игрушки, крепче обняв ее. Боясь даже самой себе признаться, и тем более произнести вслух, что, кажется, она сама любит Марка.

  — Насть, чего грустишь? — Спросил меня Марк, в объятиях которого я пристроилась. — Ты не рада, что мы теперь вместе?
  Я подняла лицо к нему и улыбнулась. Мы сидели в машине у моего дома, будто два влюбленных дурака, не в силах попрощаться, отлипнув, наконец, друг от друга. И хоть я и была рада, готовая чуть ли не прыгать и кричать всем, что люблю, и что нашла своего принца. Но при этом мне действительно было грустно. И я сама не знала от чего. Кажется, вот свершилось чудо, которого я даже не ожидала. Я с Марком, с тем, кого очень сильно люблю. И как в сказке, превратилась из Золушки в Принцессу. Только что-то не так. Я точно знаю, что дело не в матери Принца, и не в его предполагаемой невесте. И вряд ли это усталость из-за прошедших переживаний. Может, все дело в Алене, и в ее улыбке мне на прощание, когда мы с Марком уходили? Я точно видела грусть в ее глазах, как бы она не хотела этого скрыть. Но ведь это не из-за Марка, раз они не встречались? По крайней мере, мне хотелось думать, что это не связано со мной.
  — Марк, вы с Аленой никогда друг друга не любили?
  — Почему ты спрашиваешь?
  — Не знаю. — Пожала я плечами. — Не представляю, как можно так долго притворяться перед всеми, что любишь, а на самом деле ничего не чувствовать.
  — Ты, случайно, не ревнуешь? — Улыбнулся он.
  — А ты, случайно, что-нибудь не скрываешь, раз задаешь вопросы, вместо того, чтобы ответить? — Немного разозлилась я, отстраняясь от Марка.
  — Для тебя это так важно? — Притянул он опять меня к себе, а я кивнула. — В самом начале.
  — Что в самом начале? — Не поняла я.
  — Когда мы только познакомились с Аленой, я в нее влюбился.
  Я резко развернулась, уставившись на Марка.
  — А утверждали же, что никогда не встречались!
  — Мы и не встречались, не злись. — Улыбнулся он, видимо, довольный моей реакцией. — Алена тогда Лешку любила. А когда разлюбила, то мои чувства уже прошли.
  — А что ты чувствуешь к ней сейчас?
  — Не знаю. — Я опять удивленно посмотрела на него, не понимая, как можно за столько лет не разобраться в своих чувствах. — Она мне и как друг, и как сестра, и что-то большее, не могу объяснить. Но это не любовь мужчины к женщине, так что не ревнуй. Она просто что-то светлое в моей жизни. Будто огонек в темноте, с которым чувствуешь себя спокойнее, и который отвлекает тебя и веселит, что забываешь обо всем плохом. И который хочешь защитить от всего и держать рядом с собой, никому не давая даже на время, потому что очень боишься потерять.
  Марк говорил так серьезно, хоть на его губах и играла усмешка вперемешку с улыбкой. Я не знала, как на это реагировать. Все, что он чувствует к Алене так странно. Если бы он сам не сказал, что не любит ее, и я бы не знала, что нравлюсь ему, то подумала бы, что он любит Алену. Мне очень хотелось спросить, что он чувствует тогда ко мне, но я не решилась. Вернее просто струсила, боясь услышать, что значу для него меньше Принцессы. Но меня все равно беспокоило, из-за чего грустила Алена.
  — Марк, ты не заметил ничего необычного в поведении Алены?
  — О чем ты? — Хоть он и спрашивал, я по голосу поняла, что видел.
  — Она хоть и вела себя обычно, но я видела в ее глазах грусть. Почему?
  — Думаешь, я знаю, о чем она думает? — Усмехнулся он, но я не поверила.
  Неужели, он не признается, потому что не хочет, чтобы я ревновала к ней? Мне стало смешно от этой догадки. Мне показалось, что он так заботиться обо мне и моих чувствах. И это очень приятно. Только было бы лучше, если бы он говорил правду. Иначе я действительно