При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
это Я уже много часов втроем гонит оленя… Ах, как давит тетива на мозолистые кончики пальцев – попаду! Вот и все? Нет… Не хватает когото или чегото… Как музыкальной фразе не хватает заключительного устойчивого звука, как жаждущему не хватает последнего глотка, чтобы напиться, как голодному последнего куска… Ведь Я же просил его вернуться!
КОГО?!
Для этого Я обозначено место во мне. Оно найдет его, если вернется… Это же рядом с Васильевым и Семхоном…
Ну же!
Кто?!!
Имя! Имя!! ИМЯ!!!»
И оно возникло.
Прозвучало? Пролетело? Протекло? Нет, просто возникло. Оно не было звуками. Но в нем были и звуки.
Он принял, впитал, проглотил, вдохнул, услышал.
И рванулся по бесконечному тоннелю назад.
Океан боли принял его. Этот океан заполнил и растворил почти все. Остались только когти или зубы, сомкнувшиеся и не отдающие то, что получили.
* * *
Прохладная ладошка легла на лоб, потом погладила волосы на голове и жесткую бороду на щеках. «Я что, котенок, что ли?» Семен смущенно улыбнулся и поднял веки. Ветка сидела возле него на корточках, и глаза ее чтото излучали.
Семен посмотрел на свою женщину, потом на грубую вязку жердей в крыше вигвама и вспомнил все. Это оказалось нетрудно, потому что только «белые» люди думают, будто нельзя быть Землей, Небом, Зверем, Птицей и Человеком одновременно. Только они считают, что «я» – всегда один, а «мы» – это много.
– Я был очень грязный, когда… когда выполз наружу?
– Конечно! – засмеялась Сухая Ветка. – Как всякий новорожденный.
– Прости…
– Ни за что! Если только… Если только помоешь меня и нашего ребенка, когда он родится.
– Обязательно, – пообещал Семен и засмеялся.
Это было действительно смешно: он столько лет боялся смерти, а теперь оказалось, что зря. А ведь жизнь без страха смерти совсем иная – она понастоящему прекрасна.
И эта новая жизнь для него только начинается.
Сквозь щели в покрышке вигвама пробивались тонкие лучи солнца, и капельки пота на виске Сухой Ветки поблескивали, как украшения. Довольная и усталая, она положила голову ему на грудь:
– Расскажи мне чтонибудь, Семхон. Я так люблю, когда ты рассказываешь…
– Хм, – смутился Семен, – но ты же знаешь все, что случилось со мной в этом мире.
– А ты все равно расскажи… И про тот, другой мир…
«Оххохо… – мысленно вздохнул Семен. – Науке давно известно, что женщины „любят ушами“, а мужчины глазами. Оказывается, так было всегда. Впрочем, а почему бы и нет? Все равно она ничего не поймет».
– Первый раз я родился в другом мире, который похож на будущее этого мира. Сначала я долго жил в большом селении, где было очень много жилищ из камня. Оно называлось «город Москва». «Две руки» лет я учился в школе вместе с другими детьми…
– Так долго?!
– Конечно! В том мире жить сложно, и человек должен узнать очень много, прежде чем станет взрослым.
– Бедненькие…
– Да, а потом я еще одну руку лет учился в институте.
– Ничего себе! Ты там стал старейшиной? Или мудрецом? А говорил, что был воином…
– Ну, что ты… Я изучал то, что вы здесь называете «магией камня».
– А потом ты утратил ее, да? Ты же совсем не умеешь делать инструменты.
– Ммм… В том мире давно уже не делают оружие и инструменты из камня.
– Только кость и дерево, да?
– Нет конечно. В основном из металла, но я не смогу объяснить тебе, что это такое. А еще не смогу объяснить, что такое диплом, профессия, геолог, распределение, научноисследовательский институт, лаборатория стратиграфии и геохронологии, кандидатская диссертация, бюджетное финансирование, хозяйственный договор, командировка, новый прибор, виртуальное моделирование, авария, пространственновременной сдвиг и еще много чего.
– Я глупая, да? Но ты говори, Семхон, говори…
– В общем, отправился я в командировку к нефтяникам. У меня там старый приятель работал – Юрка. Ему было поручено освоить дорогущий американский прибор для изучения слоев горных пород. Оператором на этой штуке должен работать специалист, хорошо знающий стратиграфию, палеонтологию и еще много всякого. Там нужно было чуть ли не мозгами подключаться напрямую к компьютеру. Самто Юрка в этом ни уха ни рыла, вот он меня и вызвал к себе – как крупного специалиста. К этой установке еще и инженерналадчик прилагался: натуральный американец – ни слова порусски! Может быть, все бы обошлось похорошему, но Юрку с этим прибором начальство достало до последней степени: мужик весь на нервах – не ест, не спит, только водку пьет да американца подпаивает. В первый же вечер мы основательно поддали все втроем
