При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
и вообще интереса к нему больше не проявляет – во как!»
Семен не решался не только пошевелиться, но и позвать на помощь – а вдруг проснется?! И кончилось все именно так, как и должно было кончиться: ребенок проснулся, освободил свой кишечник (дада: прямо там, где спал!) и… В общем, неандертальские дети орут ничуть не хуже, чем все остальные.
Семен извлек существо изза пазухи, покачал на руках, пощекотал бородой – бесполезно. Зрители давно разошлись и теперь, кажется, собирают на площадке большой костер, и никому из них нет до него дела. Конвойные сидят на своем месте с видом каменных истуканов. Что делать?! А ребенок надрывается…
«Тааак, ребята! – начал не на шутку злиться Семен. – Это вы, что же, терпение мое испытываете?! Или желаете на себе испытать гнев этого самого… ну, за которого вы меня тут держите?!»
Гнева накопилось уже достаточно, но он никак не мог придумать, на кого бы его излить: ни Тираха, ни злополучной юной мамаши поблизости он не видел. В конце концов судьба ему улыбнулась: из жилища выбралась женщина с большой отвислой грудью. Утром Семен видел, как она кормила ею ребенка совсем не грудного возраста.
«Ага, то, что нужно!» – обрадовался он.
Орущую, сучащую ножками девочку Семен положил на шкуруподстилку (хуже все равно не будет!), в три прыжка догнал спешащую к берегу женщину и ухватил ее сзади за пучок засаленных косичек:
– Стоять!! Ты куда?! А нука пойдем со мной!
Тетка чтото лопотала и сопротивлялась, правда, не очень активно. Семен не стал вдаваться в подробности и слушать аргументы: коекак подтащил к ограде, пихнул внутрь, усадил на шкуру и почти насильно всучил ребенка. «Что у них тут за традиции, мне неизвестно, но инстинкт материнства, кажется, никуда не делся, – удовлетворенно подумал Семен, когда крик сменился азартным причмокиванием. – Такто лучше, а мне нужно срочно сматываться!»
Что он и сделал, не забыв, конечно, прихватить посох. Примерно с час он болтался по окрестностям, маясь от безделья и пытаясь строить гипотезы, объясняющие странное отношение хьюггов к собственному ребенку. В голову лезла всякая чушь из когдато прочитанного: то какието ужастики из Фрезера, то, наоборот, многократно описанное нежное отношение к детям у первобытных народов. Но, в конце концов, мало ли что напишут эти «белые» люди! Инстинкт есть инстинкт. И главный аргумент – лучащееся счастьем лицо молодой мамаши! Вот только куда она делась, черт побери?!
Он, конечно, не выдержал и вернулся. Ему показалось, что среди людей у кострища он разглядел фигуру той самой женщины, которой так удачно сбагрил ребенка. Да и есть захотелось совсем уж сильно.
Конвойным как раз выдавали мясо, и Семен подошел за своей долей. В его загоне никого из взрослых не было. На плешивой оленьей шкуре лежал ребенок и шевелил ножками. Семен длинно выругался и пошел к нему.
Кажется, в стародавние времена это была довольно популярная тема для всяких комедий: молодой папаша остается наедине с ребенком… Не смешно. Совершенно.
Семен качал, пел песенки, рассказывал сказки, давал сосать собственный грязный палец, пытался кормить мясной жвачкой. Когда все ресурсы исчерпывались, он шел отлавливать «кормилицу» и тащил ее к ребенку. Большого труда это не составляло, но, сделав свое дело, тетка кидалась прочь, и удержать ее без грубого насилия было невозможно. Этот день, казалось, не кончится никогда, а о том, что будет ночью, даже и думать не хотелось.
Однако события начали развиваться по иному сценарию. Незадолго до сумерек на площадке вспыхнул костер. Возле него собралось все взрослое население, а малышня была загнана в жилище. Чуть позже от костра стали доноситься какието завывания и стенания, даже отдаленно не напоминающие пение. Семену было не до этого, хотя действо у костра становилось все более шумным и эмоциональным. Семен был раздражен и зол на весь мир и в особенности на себя самого. Что там за всеобщее сборище, он не понимал и понимать не хотел. Однако настал момент, когда совершенно точно без кормилицы было не обойтись, и ему пришлось идти к костру.
Вылазка оказалась неудачной. Как раз в этот момент женщина была занята. Точнее, ею были заняты…
В общем, ею занимались. Трое сразу. С использованием всех имеющихся отверстий. Под завывания зрителей. Потом без перерыва за дело (тело?) взялась следующая тройка… Семен ушел.
Но деваться было некуда, и через некоторое время он вернулся. И не сразу понял, почему сменилась цветовая гамма: все вокруг красное. Потом разглядел: вскрыв на руках вены (вероятно, не сильно), мужчины поливали друг друга и женщин кровью, размазывали ее по телам. Семен ухватил за волосы перемазанную кровью кормилицу и потащил ее к ребенку. Окружающие ему не препятствовали,
