При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
под шкуры к женщинам и попытаться уснуть, но… Но они же прижмутся мягкими, теплыми телами. Прижмутся даже не в ожидании ласки, а в надежде получить, впитать, присвоить немного защищенности, немного мужской уверенности в своих силах, в том, что все в конце концов будет хорошо. Они – женщины, им это нужно. Но как же им дать то, чего у тебя самого нет, как поделиться тем, чего самому мучительно не хватает?!
«Бизону, наверное, еще тяжелее, – мрачно думал Семен. – Мой жизненный опыт богаче, я больше знаю. А вокруг него рушится привычный мир, ему не за что зацепиться, не на что опереться. Хорошо, хоть молчит, не задает вопросов, не требует объяснений и поддержки. А вот бабы… Если в трудную минуту добровольно не поделиться с ними своей „жизненной силой“, они ведь будут требовать этого насильно. Как? Очень просто – начнут плакать и все. Только бы не…»
Узкая теплая ладошка скользнула под рубаху сзади, погладила по боку, остановилась. Еле слышный шепот:
– Не бойся, Семхон, не надо. Все будет хорошо. Время белой воды скоро кончится. Будет тепло. Мы вернемся домой… Мы будем купаться… Как тогда – помнишь? Ты меня плавать научишь. Ты будешь играть на зубе, а я танцевать, как тогда – помнишь?
Ветка шептала и шептала, Семен чувствовал шершавую кожу ее пальцев у себя на спине и, не видя ее лица, знал, что она улыбается – уверенно и спокойно. А еще он чувствовал, что этот почти бессвязный шепот наполняет его спокойствием и уверенностью, дает ответы на все незаданные вопросы.
Очередной порыв ветра навалился так, что, казалось, своротит весь огромный сугроб, из которого торчит верхушка вигвама. Навалился и… стих. Люди сжались, ожидая нового удара, но его не последовало. Тишина – минута, вторая…
За спиной завозилась под шкурами Ветка.
– Ты чего?
– Ну, я… Я быстро – пока ветра нет! Я сейчас…
– Перестань ты! Вон, в миску пописай – стесняешься, что ли?!
– Ну, Семхон! Хихи, я быстро!
– Рубаху хоть надень, не бегай голой…
Семен хотел еще чтото сказать, но замолчал, напряженно вслушиваясь: «Громыхнуло? Это, что же, гроза идет?! Зимой?! Господи, воля Твоя…»
Ветка на четвереньках обошла очаг и, мелькнув голой попкой изпод рубахи, юркнула в проход, ведущий наружу. Семен вздохнул, повернулся и, дотянувшись через смятые шкуры, подтащил к себе комок перепутанных засаленных ремней, среди которых болтался крючкообразный отросток оленьего рога – приспособление для натягивания арбалетной тетивы. Некоторое время он ощупью распутывал эту конструкцию, потом стянул через голову рубаху и, ежась от холодных прикосновений, надел на голое тело обвязку, завязал крепежные тесемки. Потом влез в успевшую уже остыть рубаху.
Бизон наблюдал за его манипуляциями молча. Семен понял его взгляд и пояснил:
– На всякий случай. Тревожно мне чтото.
– Угу, – кивнул воин.
Семен всмотрелся в полумрак и с удивлением обнаружил, что, собственно, его другнапарник весь вечер сидит в окружении своего арсенала, за исключением, конечно, копья. Лук, колчан, палица – все под рукой, а ведь обычно оружие это хранилось завернутым в шкуру под стенкой вигвама. И обувь он не снял… На Семена накатила волна блаженной спокойной уверенности – с этим парнем мы не пропадем. Веки сами собой опустились, мышцы расслабились: «Все хорошо, Сема, все под контролем – вот так бы и сидеть до весны…»
Нет, это был не сон и, пожалуй, даже не дрема – просто какоето оцепенение – приятное, надо сказать, оцепенение. Приятное и… знакомое.
ВЕТКА!!!
Семен вскочил, стукнулся головой о закопченную сучкастую слегу вигвама, рухнул на колени и прямо через очаг пополз к выходу. Там слева стоял прислоненный к стенке его арбалет, а вдоль коридорчика лежал посох. Семен ухватил то и другое и начал пропихиваться наружу. В узком проходе арбалет цеплялся то луком, то ложем за палки перекрытия, Семен хрипел и матерился, пытаясь быстрее продвинуться вперед. Сзади его толкал Бизон…
Он так и не добрался до конца тамбура – не выдержал и поднялся на ноги, разваливая спиной и плечами всю конструкцию.
В небе огромная спираль – прямо над головой. С краю ее ветви слегка разошлись, и в щель светит луна – полная.
Две огромные черные птицы, которые не машут крыльями. Они далеко или близко? Близко – потому и кажутся огромными.
Поднимаются. Одна чтото тащит. Человека. Свисают белые голые ноги.
Тишина.
«Один, значит, тащит – как вертолет на подвеске, – а другой страхует», – машинально отметил Семен.
Тишина.
И характерный негромкий скрип рядом.
Так скрипит тело лука, когда его сгибают, чтобы накинуть на рог тетиву. И когда натягивают эту тетиву для выстрела.
ВЕТКА!!!
– Бей, Бизон!!! – заорал Семен. – Мочи их!!!
