При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
живности Семен больше не увидел и, конечно, не учуял. Волки же вели себя так, словно прибыли в нужное место в нужное время. Семен их распряг, и они, не дав никаких объяснений, ушли кудато на югозапад. Ему оставалось только зарядить арбалет, снять чехол с клинка пальмы и ждать – неизвестно чего. «То, что они не приведут чужаков знакомиться, – это факт. Тогда что: местные волки должны меня сами обнаружить и прибежать? А «мои», значит, ушли, чтоб не мешать мне общаться? Очень деликатно с их стороны! И сколько тут нужно сидеть? Час, сутки, неделю?»
Впрочем, ожидание оказалось не слишком долгим – прошло, наверное, часа 23…
«Своих» Семен опознал издалека. Они неслись по снегу довольно плотной кучкой, и впереди – Волчонок. Только в данном случае волки не преследовали добычу, а сами готовились ею стать – их гнала стая огромных светлосерых, почти белых зверюг. Преследователи (больше полутора десятков!) развернулись цепью, фланги которой норовили загнуться вперед – обогнать и остановить бегущих. Вся эта компания двигалась прямо к нарте и стоящему возле нее человеку.
«Ведь растерзают с ходу! Самый мелкий из них весит не меньше меня, а то и больше! Черт побери, если останусь жив, сразу начну изобретать скорострельный арбалет, чтоб очередями можно было стрелять!» Впрочем, эта мысль для Семена не была новой – он прекрасно знал, что скорострельных арбалетов не бывает.
На последней стометровке преследуемые ускорились и немного оторвались от погони. Они добежали до нарты и, тяжело поводя боками, остановились возле Семена, образовав полукруг. «Так, – догадался человек, – место последней битвы обозначено. Встали они не впереди, защищая меня и нарту, а по бокам и сзади. То есть я как бы оказался выставлен в качестве основной ударной силы. Все логично, все правильно.
Мне нужно суметь не испугаться – чертовы рефлексы, что с ними делать?!»
Преследователи остановились в полусотне метров и, вероятно, стали принюхиваться, пытаясь оценить обстановку – сочетание волчьего и человеческого запаха было для них необычным. Потом инстинкт, повидимому, взял свое – чужаки должны быть изгнаны или уничтожены, – и они двинулись вперед. Семен целился то в одного, то в другого, пытаясь определить вожака. Вроде бы определил и, когда осталось метров 1520, послал мысленный приказ:
– «Остановись, или умрешь (будешь побежден)!» Получилось, в общемто, неплохо – уверенно и грозно. О том, что ситуация полностью проигрышная, Семен старался не думать: даже если удастся пристрелить вожака, это мало что даст – рядом три или четыре особи, не сильно уступающие ему в размерах и, вероятно, в силе. У них, конечно, своя очередь на лидерство, так что освободившееся место сразу же будет занято. Ответ пришел почти сразу:
– «При чем тут ты?! – поднял голову вожак. – Двуногие нам не интересны (в игре не участвуют, в упор не вижу)».
– «Остановись, или умрешь!»– повторил Семен, стараясь смотреть волку в глаза и не думать об опасности. Одновременно он принялся напрягать мозги – рисовать и «транслировать» картинки своих былых подвигов. Сначала состоялся поединок с волчицей, за которым следовало убийство мамонта (последний был, конечно, здоров и силен, а вовсе не смертельно ранен сородичем). Общение с саблезубами Семен тоже немного исказил – в драке двух самцов изза территории победителем являлся лично он. Что и как понял из всего этого волк, осталось неясным – во всяком случае, контакт он не прервал:
– «Знаю тебя (готов признать твое существование). Ты пришел со своей стаей в землю нашей охоты. Будем сражаться».
– «Я – сверхзверь. Я не сражаюсь – просто убиваю. Таких как ты – не шевельнув лапой. Кусаю летающим зубом».
– «Да, я знаю. И тем не менее это – наша земля». «Конечно,лихорадочно соображал Семен,– у животных, в отличие от людей, свобода выбора ограничена. Что ему предложить?»
– «Твоя земля (образ окрестной степи до самой реки) нам не нужна. Земля нашей охоты (наших интересов) – весь мир (образ бесконечных расстояний, огромных пространств). Мы ходим, где хотим. Нам мешают только наши враги (безликий образ чегото грозного и всесильного). Ты хочешь присоединиться к ним или к нам?»
– «У меня нет подобных врагов. Незачем (нет смысла) к комуто присоединяться. Покинь мою землю или сражайся!»
«Люди, конечно, тоже животные, только странные, можно сказать – извращенные. Их интересует масса явлений, не имеющих прямого отношения к питанию и продолжению рода. Но ведь, по большому счету, к этим двум фундаментальным потребностям имеет отношение все. Или почти все. Попробовать?»
– «Ты глуп (ничего не понимаешь). У тебя те же враги, что и у нас. Я знаю, что сделают они с тобой и с «твоими». Смотри!»
Тут Семен постарался
