При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
(мамонты) принимают пищу из их рук. Все остальные тоже могут делать жертвоприношения, но, увы, лишь через лоуринов. Это, конечно, довольно обидно, поскольку лоуринам за их «праведность» божество даровало способность делать глиняную посуду, фигуркистатуэтки (что более ценно!) и ткани. Божество научило лоуринов не бояться воды, плавать по ней, извлекать и есть живущих в ней существ. Про волшебное оружие (железные клинки) и говорить не приходится.
Главы аддоков и имазров – Данкой и Ващуг – не были ни дураками, ни тупицами, и сами считали себя сильными колдунами. Они держали монополию на домашних лошадей, к которым лоурины испытывали некоторый интерес, и, кроме того, кланы владели искусством (магией!) выделки и окраски высококачественной замши. Используя знания своих юных сородичейшкольников, они регулярно предпринимали попытки наладить производство собственной керамики, которые раз за разом проваливались – изделия при обжиге трескались, а то и взрывались. Причины неудач были, конечно, чисто магическими: месторождение волшебной глины контролировали неандертальцы, а заколдовать как следует какуюнибудь другую глину не получалось (как подобрать количество наполнителя в керамической массе, Семен никому не рассказал, кроме Головастика, конечно). Такое положение дел колдунам казалось неприемлемым – сравняться с лоуринами они пока не пытались, но превзойти друг друга считали чуть ли не целью жизни. В итоге однажды к Семену явился Хью и сообщил, что ему втайне от всех предложено поставлять глину аддокам в обмен на мясо и шкуры. Вскоре аналогичное – и тоже тайное – предложение поступило и от имазров.
Такой подход к решению проблемы умилил Семена до глубины души – никаких запретов на «торговлю» глиной он вроде бы не налагал. Но раз клиент желает конфиденциальности, почему не пойти ему навстречу? В общем, и на тайну, и на «торговлю» Семен дал добро – пусть экспериментируют, все равно без опытного гончара освоение магии глины займет годы. Кроме того, он высказал надежду, что у главного неандертальца хватит ума «продавать» глину не всем подряд, а тем, кто больше даст. За исключением лоуринов, конечно, – эти должны снабжаться по потребности, а «платить» – сколько сочтут нужным.
Семенова «империя» раскинулась на огромном пространстве, и плотность населения в ней в целом была ничтожной. Однако любые тайны таковыми теперь оставались очень недолго – школьники оказались натуральными космополитами, испытывающими пренебрежение к секретам неграмотных взрослых. В общем, угроза потери лоуринами монополии на керамику стала явной и, разумеется, руководство племени не обрадовала. Головастик немедленно засекретил плошку, которой отмерял количество песка, добавляемого в глину, а вместо нее выставил на всеобщее обозрение фальшивую – иного объема. Старейшины же всерьез принялись обсуждать возможность военной акции для установки полного контроля над месторождением глины. Они так запудрили мозги Черному Бизону, что вождь чуть не согласился. Агрессивные замыслы были сорваны письмом от Семена, которое зачитал старейшинам замордованный тренировками выпускник школы. Главный жрец доводил до сведения соплеменников, что военные действия в «коммерческих» целях считает несовместимыми со Служением лоуринов.
Неандертальцы хронически недоедали, а временами и просто голодали, вынуждая Семена оказывать им «гуманитарную помощь». Тем не менее добытую глину они предпочитали выменивать не на продукты питания, а на ярко окрашенные клочки замши или ткани. Созерцание и ношение на себе обрывков красного, синего, желтого и зеленого цвета доставляло им огромное удовольствие. В отличие от Семена, который однажды устроил Хью грандиозный скандал. В ответ на обвинения главный неандерталец резонно ответил, что берет у «продавцов» то, чего больше всего хотят его люди. Что тут возразить, если и лоурины, как оказалось, охотно меняют свои ткани на те же ткани, но уже окрашенные? «Наверное, у людей от века существует не только „пищевой» и „информационный» голод, они страдают и от недостатка ощущений – в данном случае визуальных. Не зря же в унылой серой средневековой Европе ценнейшим импортным продуктом были красители». В общем, этот случай переполнил (в очередной раз) чашу Семенова терпения, и он заявил, что темаги (неандертальцы) могут жить как хотят, но он категорически требует изменения порядка распределения продовольствия. Еду должны первыми получать не мужчиныохотники, а кормящие и беременные женщины. Несогласные могут жить где угодно, только не здесь. Хью сказал, что постарается, и, кажется, выполнил свое обещание. Интересоваться, сколько сородичей ему пришлось при этом убить, Семен благоразумно не стал.
Начало
