При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
ремень и стал пальцами притормаживать его движение. Второй неандерталец уселся рядом и положил на колени обычную боевую палицу.
Вытягивание добычи продолжалось не менее получаса. Вела она себя не очень активно – ни мощных рывков, ни бурных всплесков. Тем не менее благодаря ее усилиям катамаран снесло в сторону, он наехал на притопленное бревно и остановился. Наконец из воды показалась грязносерая широкая плоская башка. Немедленно последовал удар палицы, после чего голова скрылась. Впрочем, ненадолго – рывки почти прекратились, вскоре существо вновь оказалось у поверхности, и в жабры ему мгновенно был просунут довольно толстый сосновый сук с ответвлением. После чего дружным усилием неандертальцы извлекли добычу из воды и свалили на «палубу» катамарана. Еще один удар палицы, и можно приступать к осмотру.
«Внешность, конечно, не слишком красивая. Голова составляет, наверное, шестую или пятую часть тела, покрытого густым слоем слизи. Пасть здоровенная, но зубы мелкие, хоть и острые, – как щетка. На верхней челюсти два мясистых беловатых уса, похожих на червей или пиявок, а на нижней четыре уса, но они значительно меньше. Глаза крошечные, придвинутые к верхней губе. Хвост сильно сплющен с боков и составляет не меньше половины тела. Спина темная, почти черная, а брюхо желтоватобелое, с крапинками какогото голубоватого цвета. Бока темные, с зеленоватым оттенком, имеются пятна. – Семен подобрался поближе и, пачкаясь слизью, попытался приподнять добычу, но не смог. – В этой рыбке, наверное, килограммов 60–70. Впрочем, для сомов это мелочь. Если верить литературе, то в первой половине XIX века в Одере поймали сомика на 400 кг. У нас в бассейнах Днепра и Волги тогда такие уже не водились – и до трехсотто килограммов редко дотягивали».
Делиться впечатлениями, однако, не пришлось. К немалому удивлению Семена, рыбаки собрались продолжить свое занятие, которое можно было назвать скорее охотой, чем рыбалкой. Пока Лхойким работал веслом, выводя судно на спокойное течение, его напарник извлек из туши наконечник, смотал и уложил ременный линь. Вновь сидеть неподвижно Семену не хотелось, но азарт и любопытство взяли свое – он остался на катамаране и даже предложил подрабатывать веслом, чтобы гарпунер не отвлекался.
На сей раз ждать долго не пришлось. Семен успел только вспомнить, как в его мире называется этот вышедший из употребления способ ловли сомов – «клочение». Это когда рыба подманивается звуком, имитирующим не то кваканье лягушки, не то призыв самки – раньше считалось, что сомы умеют издавать звуки.
Вторая рыбка оказалась чуть меньше первой – всего лишь килограммов 50–60. Неандертальцы сочли себя удовлетворенными и собрались плыть в поселок. Семен же, мучимый вопросами, зазвал их в гости к себе на стоянку, благо она оказалась поблизости. Он соблазнил парней вареной сомятиной, поскольку горшок у него был, а в поселке, как он знал, керамика в дефиците и используется лишь для варки мяса, да и то редко. Запас специй у Семена еще не иссяк, так что бульон получился не только наваристым, но и ароматным. Прихлебывая его из миски, разговорились – на двух языках, поскольку напарник Лхойкима русского, конечно, не знал.
То, что из этой беседы вырисовалось, Семена сильно удивило. Оказалось, что парни не пищу для сородичей добывали (разве рыба – это пища?!), а… играли! Впрочем, это очень неточный перевод обозначения действия, которым они занимались. На самом деле парни воспроизводили сказку (элемент мифа!), дабы сделать ее подобной реальности. Точнее, наоборот, – уподобить реальность сказке.
«Даже не знаешь, с чем это сравнитьто, – чесал затылок Семен. – Разновидность камлания? Имитативная магия? Мдаа… Ребята вполне могли вместо рыбалки отправиться на нормальную охоту, попытаться добыть настоящую пищу – мясо. Но они решили заняться более важным делом – немного поколдовать, слегка уподобиться.
Уподобиться чему?! Бред полнейший: получается, что своей рыбалкой они воспроизводили ситуацию из сказки о мире „у горькой воды». Что тут общего, что похожего? Ну, собственно говоря, оловянные солдатики, которыми играет ребенок, тоже не очень похожи на живых солдат – сходство лишь обозначено или намечено.
Катамаран – это льдина. Разобранный настил, дырка в палубе – это прорубь. Подплывший к ней снизу сом, это, конечно, морской зверь тюлень. А гарпун?! Ведь это по сути настоящий гарпун с поворотным наконечником! Да, я объяснял его устройство и принцип действия, но не изображал, не показывал! И вот – сделали! Бывший школьник сделал! Ну, а клочение, звуки эти?! Зверя, конечно, надо подзывать, подманивать. В обычном случае это делается молча – мысленно, так сказать. Но здесьто случай необычный – зверь
