При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
к ним стояла сильно постаревшая, но все еще, наверное, очень красивая Сухая Ветка. Она вытирала обрывком шкуры измазанные сажей руки. Под взглядами начальства она не смутилась, а твердо повторила:
– Я заставлю.
Весть о том, что «укитсы пришли», привезли бывшие выпускники – имазры и аддоки. В конце весны они стали покидать родные стойбища и стягиваться в форт. Те, кто не успевал это сделать, рисковал заплатить жизнью за неумение правильно держаться с «гостями».
Самое отвратительное, что это был не набег и не атака. Надменные татуированные воины прибывали в чужие стойбища и располагались в них по праву старших родственников. Отказать им в еде и женщинах никто, конечно, не смел. Первое, что предпринял Семен, – обратился к руководству лоуринов с просьбой прислать в форт женщинвоительниц и тех воиновмужчин, без которых племя сможет какоето время обходиться. Вместе с ними прибыло и само руководство. Началась тягомотина – не мир и не война.
Что бы ни случилось, кормить людей было нужно – охота в степи продолжалась. Охотники перемещались тудасюда, и Семен смог передать послание с предложением о встрече главному укитсу. Его имя Семену было уже известно – Нарайсин, но оно решительно ничего ему не говорило. Свидание было назначено в удобном месте – на вершине всем известного холма, с которого открывался широкий обзор во все стороны.
Оставив свиту внизу, Семен пешком поднялся на вершину и довольно долго рассматривал медленно приближающегося всадника. Тот не только был разодет «в пух и перья», но и на голове имел некое подобие шлема или маски устрашающего вида. Спешиваться чужак не собирался – вероятно, желал смотреть на собеседника сверху вниз. Семен не возражал – так при необходимости его легче будет «снять» арбалетчику. Оружия у главного укитса было полно, но все одно явно предназначалось для битв магических, а не физических. Сообразив это, Семен воткнул свою пальму древком в землю и сложил на груди руки.
– И что же это значит? – насмешливо поинтересовался он. – Ты надеешься испугать меня маской из шкуры гиены или просто боишься показать лицо?
– Пади ниц, несчастный, – раздался глухой голос, – и моли о пощаде!
– А можно я буду молить стоя? – улыбнулся Семен. – Тебе не страшно сидеть так высоко? Ведь и упасть можно… на чужуюто землю!
– Укитсам принадлежит вся земля Среднего мира! А тебе нечего на ней делать!
Продолжая улыбаться, Семен перешел на громкий свистящий шепот:
– Знаешь что, сука? Сейчас я стащу тебя с лошади и буду бить долго и больно! На глазах у всех! Ты что же творишь, подонок?!
– Ну… Я… – послышалось бормотание изпод маски. – Они меня заставили, Семхон!
– Кто тебя заставил, гад?! «Отца» твоей семьи убили! Ребят моих, ни в чем не повинных! Ты даже представить не можешь, что я с тобой сделаю!
– Ничего ты мне не сделаешь! – гневно (и испуганно) вскричал Ванкул. – Руки теперь у тебя коротки! Не убивал я их… Так получилось…
– Ну, разумеется! Только не говори, что ты – Нарайсин!
– Ммм… Я – это он… сейчас. И ты мне ничего не сделаешь!
– Ладно, а где настоящий? То есть тот, кто был раньше главным укитсом?
– Аа… Ээ… Он там…
В общем, беседа состоялась, но принесла мало утешительного. Похоже, заговор против Нишава зрел давно – возможно, с момента прихода к власти. Формальное обвинение – нарушение «заветов предков» (что же еще?!), а по сути – извечное стремление вторых стать первыми, особенно если место первого хорошо обустроено. Судя по всему, о заговоре Ванкул прекрасно знал и, возможно, даже был его участником – он был кровно заинтересован в избавлении от «отца». Заговорщики Нишава убили, власть захватили и озаботились ее укреплением. Требовалось некое успешное деяние, сопоставимое по масштабам со свершениями былого правителя. Они не придумали ничего лучше, чем устроить «наезд» на отбившихся от рук имазров с аддоками. И заодно как следует «пощупать» загадочных чужаков, которые живут дальше к востоку. Предметы роскоши – посуда и ткани – их, конечно, интересовали, но в большей мере требовались победы.
Семен ужаснулся: «Так долго возиться с укитсами, чтобы в итоге оказаться в исходной точке! У разбитого, можно сказать, корыта!!! Сволочи… Обидно и противно… Но Художник был прав: это Служение я взвалил на себя сам – жаловаться мне некому. И нет у меня права потакать своим желаниям и прихотям – даже прикончить Ванкула не могу, поскольку пользы от этого не будет, только вред. Может быть, еще не все потеряно? Жертвы уже есть, но всеобщая резня пока не началась – может, удастся без нее обойтись?»
И Семен стал пытаться – упорно и долго. С руководством укитсов встретиться ему никак не удавалось – на переговоры упорно являлся лишь «заместитель» Ванкул,
