При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
два, три… На четвертый раз есть ее никто не будет даже с голодухи. Варить? Вообщето, в общепитовских столовых в „рыбный день» борщ с камбалой готовили довольно часто, но я бы не назвал это блюдо деликатесом. Так куда ее девать, когда много?!
Бывшие советские люди нашли этой рыбе прекрасное применение – вялить!
Вяление – это ведь не сушка, это сложный процесс ферментации белков. Строго говоря, не так уж и много рыб могут понастоящему вялиться – вобла, тарань, лещ… А вот, скажем, щука, судак, окунь не вялятся совершенно – просто сохнут. Селедка и многие лососевые не только не вялятся, но и не сохнут – слишком жирные. А вот камбала, оказывается, вялится! В ходе данного процесса воняет она ужасно – не в смысле, что противно, а в смысле – сильно. В общем, на кухне ее лучше не развешивать. Зато при нормальном посоле вяленая камбала с пивом… ммм!
Пива у нас нет. И не будет. А соль? Ну, соли вокруг море – в прямом смысле. Правда, я не слышал, чтобы рыбу для вяления замачивали в морской воде, но теоретически – с химической точки зрения – препятствий вроде бы нет. Мясо морской рыбы содержит значительно меньше солей, чем морская вода. Значит… Что мы там проходили про осмотическое давление?
Впрочем, рыба – это, так сказать, проза жизни. А вот крабы… И, что самое главное, в наличии имеется решительно все, что нужно для вкушения этого деликатеса – вкушения по полной программе! Ну, разве что ножницы отсутствуют…
Крабы – существа нежные. Они любят, чтобы их погружали в кипящую воду. Как только вода вновь закипит, ее нужно немедленно слить! Каждая секунда промедления – это потеря качества продукта! Ктото, конечно, спросит: „А сколько нужно бросать соли? Какие требуются специи?» Ответ однозначный: никаких специй! Никакой соли!!! Но как же… А вот так! Весь фокус в том, что варить краба нужно в морской воде – той самой, из которой он выловлен! Именно в ней содержится необходимое количество соли (самому не угадать!), именно она придает мясу незабываемые вкусовые оттенки!
Ножниц нет, и это грустно. Зачем они?! Ножницы (не маникюрные, конечно) нужны для того, чтобы аккуратно разрезать хитин на крабьих лапах и вытаскивать изпод него красноватобелые колбаски мяса. Те, кто ел только крабов, купленных в магазине, или их мясо из банок – много потерял в жизни! И еще один нюанс: краб не требует ни пива, ни водки – он хорош сам по себе!»
Конечно же, и крабы, и рыба понастоящему интересовали лишь Семена. Неандертальцы предпочитали мясо и жир – в любом виде и любого качества. Тем не менее Семен счел своим долгом угостить соратников деликатесом. Крабьи ноги неандертальцы жевали вместе с «кожурой», которую потом сплевывали (впрочем, не всегда). Содержимое панцирей, которое «белые» люди в пищу не употребляют, им понравилось гораздо больше. Впрочем, и то, и другое явно не доставляло им удовольствия, так что Семен не стал переводить на них продукт. Сам же он наелся до отвала, причем не один раз. Последствия не замедлили сказаться – нет, не в смысле расстройства желудка. Просто большое количество крабового мяса, как и икры, оказывает на мужской (да и на женский, наверное?) организм… скажем так: тонизирующее воздействие. Чтото там в железах начинает усиленно вырабатываться и требовать употребления в дело. Про эту профессиональную «болезнь» промысловиков Семен знал, но вовремя не вспомнил. Что ж, начальство добытчиков, когда есть возможность, старается подобрать в бригаду повариху, обладающую соответствующими способностями. В «бригаде» Семена поварих не было, но женщин хватало…
Дней через десять после прибытия Семен приступил к первым обобщениям: «Будь здесь человек двадцать с соответствующим снаряжением и навыками, можно было бы за месяц сделать запасы на весь год. Только народу значительно больше, ни навыков, ни снаряжения у них нет. Может быть, со временем они приобретут и то и другое, если раньше не вымрут. Как там было на самом деле, я не знаю, но, судя по литературе, приморские чукчи, коряки и эскимосы охотились круглый год. Серьезных запасов мяса они не делали – почему? Вероятно, в древности зверя было достаточно, чтобы кормиться „с копья», и традиция „отсроченного потребления» не выработалась. А раз нет традиции, то… то пусть хоть небо упадет на землю! Наверное, нам нужно действовать иначе: оборудовать мясные ямы – большие, построить закрытые вешала для сушки мяса – много. Вообщето, запасать вяленое мясо лучше по первым или последним заморозкам, когда нет мух. Но на берегу их, наверное, и летом много не будет. Часть жира можно попробовать перетапливать и хранить в кожаных мешках. Теперь о добыче… Самые лучшие ремни вроде бы получаются из тюленьей кожи. Значит, нужны тюлени. Из ремней будем плести сети. Нужна еще пара моржей, чтобы из их шкуры сделать покрышку
