При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
он загнал до полусмерти. А вечером Медведь подошел к его группе, пнул ногой валун и показал пальцем: «Перенесите вот сюда! А потом – сюда!» Что это значит, объяснять было не нужно: камень следует переместить на пару шагов в сторону, но не по прямой, а обежав с ним вокруг поселка. Два раза. Тренер не указал, кто именно должен это сделать, – сами решайте. Добровольцев, конечно, не нашлось – парни еле стояли на ногах. Юрайдех мог бы просто ткнуть пальцем в когото, но он посмотрел на старейшину и взял камень сам. Медведь ухмыльнулся. Вот мерзко он улыбался прошлой весной, когда заставил Юрайдеха отказаться от любимого лука и работать с пращой – оружием новым, которым умеет пользоваться лишь Семхон Длинная Лапа. Жрец, конечно, показал, что смог, а дальше – сам.
Приближалось слияние двух троп, и Юрайдех перехватил камень поудобней – опасное место. Так называемая «тропа хьюггов» почти вдвое короче обычной, зато на ней гораздо больше препятствий. Неандертальцам их преодолевать легче, чем обычным людям, но на длинных дистанциях они проигрывают. Старейшина все равно заставляет коротконогих мальчишек бегать до изнеможения. Оно и понятно: чтобы охотиться и воевать в степи, нужно уметь по ней быстро двигаться. На лошадях неандертальцы ездить не могут, а передвигаясь на собачьей упряжке, половину пути приходится проделывать пешком – собаки не поймут каюра, если на подъемах он не будет им помогать.
Несмотря на предельную усталость, Юрайдех всетаки вовремя заметил опасность: «Ктото движется по второй тропе, причем в том же направлении. Уж лучше драка, чем этот бесконечный бег. Правда, всерьез воевать сил уже нет».
Разочарование было полным – это бежали мальчишкинеандертальцы из его группы. Причем бежали «шумно», значит, нападать не собирались: «Неужели Медведь всетаки отправил их на пробежку?! Но у них нет ни учебного оружия, ни груза – почему?»
Парень чуть замедлил бег, чтобы оказаться позади группы хьюггов. Даже в полуобморочном состоянии рефлекс не позволял ему иметь за спиной того, кто в данный момент не является его «напарником» или «союзником». Бегущий впереди низкорослый, но очень мускулистый парнишка обернулся на ходу и протянул руки, предлагая отдать камень.
– Нет, – выдохнул Юрайдех. – Сам донесу. Отдыхайте.
«Воот в чем дело! Я мучил их целый день, но потом они не пошли отдыхать, а побежали по малой тропе, чтобы забрать груз! Молодцы… Но сделали мне только хуже: мы, получается, теперь одна команда, и я в ней старший. А ведь, ступив на тропу, сойти с нее или вернуться назад нельзя – только вперед. И не шагом, а бегом!» Он собрал силы, которых, казалось, давно у него не было:
– Дорогу! Все – за мной! По сторонам смотреть!
Его пропустили вперед, и бесконечный бег продолжился.
Верхушка куста впереди шевельнулась. Рядом еще одна, и еще…
Фантазия старейшины Медведя неистощима. Она безгранична, как ненависть к нему Юрайдеха! Никаких мыслей, одни рефлексы.
– Шшаха (все назад)!!
Он уронил проклятый валун и прянул с тропы в сторону. Левая рука нырнула в сумку и извлекла окатанный камень размером с куриное яйцо. Правая сделала стряхивающее круговое движение, и праща оказалась свободной – петелька на среднем пальце, узелок зажат между большим и указательным. Мгновение – и снаряд в закладке, ремни натянуты…
– АРРА!!!
Хлоп! Хлоп! Хлоп! – один за другим пошли камни.
Юрайдех кричал и со страшной скоростью бил по кустам – по невидимой цели. Зачем кричал и почему не прятался? А потому что он выбрал вариант действий, при котором остаться в живых не предполагалось. Он отвлекал внимание противника, давая возможность скрыться членам своей команды – безоружным и плохо обученным. Конечно же, он не стоял на месте, подставив грудь чужим стрелам, а старался смещаться после каждого броска, но с открытого места не уходил.
Сумка опустела быстро – запас снарядов был минимален. Юрайдех оглянулся – мальчишек на тропе не оказалось. Он сделал нырок в сторону и рванул за ними следом – уже можно!
Поворот. Еще поворот…
– Юр!
Беглец остановился и начал осматриваться: «Ну что ж, их, конечно, видно, но для молодых они спрятались неплохо. Тем более – на скорости… Что дальше? Известно что: набрать еще камней, вооружить чемнибудь парней и идти выяснять, что там за враг. Если слабый – уничтожить, если же сильный…»
Юрайдех с огромным трудом держался на ногах. Его мышцы и легкие невыносимо болели, перед глазами мелькали какието пятна. Он сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, а потом представил себе лицо старейшины Медведя, вдрызг разбитое его камнем. Он представил это, улыбнулся запекшимися губами и начал действовать.
Конечно же, он знал, что старейшина никогда сам не лазает
