При испытаниях нового прибора для изучения слоев горных пород произошла авария. Семену Васильеву осталось только завидовать своим товарищам: они погибли сразу, а он оказался заброшен на десятки тысяч лет назад – в приледниковую степь, где бродят мамонты, носороги и саблезубые тигры.
Авторы: Щепетов Сергей
туда, откуда пришли. После этого каждый кулрив, даже случайно ступивший на нашу землю, будет убит. Или ктонибудь вместо него.
– Мы уже рассказали, почему не можем этого сделать.
– Я помню. Потому и даю вам иную возможность. Вы признаете нашу власть, наши законы, отказываетесь от заветов предков, которые им противоречат. Вы присоединяетесь к нашему Служению, и, значит, лишь его главные люди – лоурины – могут карать и миловать, заключать мир или объявлять войну. Привыкнуть к этому будет трудно, зато вы сможете вернуться в свою землю и жить там под нашей защитой!
Конечно же, кулривы согласились – а куда они могли деться?! Пришлось наспех придумать церемонию «принятия присяги» – кланом в целом и каждым воином в отдельности. Потом недели две Семен мотался по степи, формируя отряд конквистадоров, который пойдет с кулривами на запад. Основной проблемой оказался избыток добровольцев – применить в деле боевые навыки хотели очень многие.
На душе у Семена было тяжело – его не покидало ощущение, что он создал страшное оружие и теперь передает его хоть и в знакомые, но чужие руки. В конце концов он нашел компромиссное решение – отправиться вместе с кулривами и отрядом. Но не в качестве предводителя или советника, а в качестве… никого. «Замаскироваться под простого воина, к сожалению, не удастся, значит, пусть считают меня знаменем, символом, чем угодно, но руководящих указаний они от меня не дождутся. Эксперимент должен быть максимально чистым!»
Получилось, что эксперимент Семен поставил, в основном, над самим собой – сможет ли удержаться? Смог, хотя это и было непросто. Прежний опыт подтвердился – малочисленный, но хорошо организованный отряд имеет огромные преимущества перед «толпой», даже если она вооружена.
На земле кулривов расположилась довольно многочисленная группа воиновохотников трех кланов, заключивших между собой «вечный» союз. От них не потребовали освободить территорию, а предложили перейти в новую веру, в которой Мамонт является земным воплощением БогаТворца. Конечно же, Семен понимал, что подобные вопросы решаются не с бухтыбарахты и не военными предводителями, а главами кланов и старейшинами. Только он об этом промолчал, и три дня спустя состоялась настоящая битва, которая быстро переросла в бойню. В последней особенно усердствовали воиныкулривы. Когда врагов, пытавшихся спастись вплавь, начали с обрыва расстреливать из луков, Семен не выдержал и неодобрительно покачал головой. Этого хватило, чтобы стрельба прекратилась. Правда, трое особенно азартных кулривов покинули Средний мир под воздействием палиц лоуринов. Выразить недовольство этим фактом решились еще двое – и умерли на месте.
Через три дня прибыли гонцы от одного из «союзных» кланов – самого слабого – с предложением объединиться против остальных двух. Переговоры начались с того, что главам семей будущего кланасоюзника были предъявлены пленные воины из других кланов. Патриархам предложили подтвердить серьезность намерений – собственноручно перебить пленных. Главные люди охотно согласились, но пришли в ужас, когда лоурины остановили убийства и половину пленных оставили в живых. Мало того, им выдали лошадей и отпустили на волю, дабы побывавшие в плену смогли рассказать сородичам о том, чему стали свидетелями. Древний закон кровной мести никто не отменял (хаха!), так что переговоры о смене веры прошли вполне успешно.
И была новая битва, в которой лоурины почти не участвовали, а просто играли роль этакого заградотряда. Того самого, который заграждает «нашим» путь к отступлению.
То, что финт с пленными придумал не он, было для Семена слабым утешением. Автор идеи – лоурин «аддокского происхождения» – прекрасно знал традиции своего народа. И применил к ним знания, полученные на уроке в школе, когда учитель рассказывал об убийстве русскими князьями татарских послов перед битвой на Калке. Князья, конечно, сделали это, чтобы повязать друг друга кровью и тем самым исключить предательство. В данной ситуации «неприкосновенных» послов не имелось, зато были пленные, и действовал закон кровной мести – додуматься заменить одно другим оказалось нетрудно. Тактика заградотряда тоже не была местным изобретением, а взялась оттуда же – из школьных уроков. «Вот они, плоды образования, – горько усмехался Семен, пытаясь пересчитать валяющиеся в траве трупы. – То ли еще будет!»
Кровавый конвейер заработал. Как вскоре выяснилось, наибольшую жестокость проявляют именно неофиты. «Предавшие» традиции предков и «поклонившиеся Зверю» почемуто сразу начинают испытывать жуткую ненависть к тем, кто этих традиций не предавал и Зверю не поклонялся.
Впрочем, как только численность армии не вполне добровольных
