Каникулы

ладно? Не зря тебя Доминик кошкой зовет. Там дело вообще мутное, да ещё и пахнет плохо. Что там Санчес разрабатывал — не наше дело.
— Нашего друга я с того света вытаскивала — и не наше дело?
— Да, Ирэн, не наше! Ты видела, что там творилось после взрыва, и какие люди крутились? От охраны в госпитале меня в дрожь бросает. А Доминик… Ты заметила, как он со старшими разговаривает?
— Пораньше, чем ты. Знаешь что? Я думаю, что после дуэли у него с головой не всё в порядке. Источник скакал, я о таком не слышала даже. Думаю, что у него сейчас уровень уже Первой Лиги, потому он и не ходит на замеры. И герцог де Вега это знает, и генерал Кабрера, не говоря уже о де Мендес… Никогда не думала, что с такими людьми буду вот так запросто разговаривать, а они будут моим мнением интересоваться. Максимум мечты моей матушки — попасть в Капитолийский Госпиталь хотя бы санитаркой. И вдруг я становлюсь гражданской контрактницей, да ещё на год раньше обычного, а в этом самом Госпитале практику проходить буду!
— Я раньше не думал о военной карьере. Нет, думал, конечно, но какой из меня маг был? Я и в Академию поступил с трудом. А теперь вот как повернулось. Может быть, так и лучше? Подписали контракт, станем специалистами. Уж тебе-то бабуля место возле себя наверняка приготовила, уверен. Да и мне госпожа генерал шикарное предложение сделала. Военный корреспондент, но не подчиняющийся офицерам — как раз по мне. Только для этого надо показать себя с лучшей стороны. Что думаешь о затее Доминика? Потянем мы этот костюм?
— Анжелика нам поможет.
— На это слишком не надейся. Сама же видела её расписание, ещё и мы? Советы даст, но вот делать всё придётся самим, будь уверена.
— Тогда зачем ты согласился?
— Да ты что, Ирэн? Доминик нам всё на блюдечке выложил! Я прямо сейчас могу набросать примерную схему энерговодов в костюме.
— А я — набор мышечных усилителей и кристаллов управления.
— Видишь? Главное, чтобы в лабораториях было не как в той, где будут сидеть Доминик и Лукас, а стояло нормальное оборудование. К бабушке пойдём когда упремся в стену и не сможем её преодолеть. Не терпится своими глазами посмотреть, как ты надеваешь этот комбинезон.
— Извращенец.

Нам выделили несколько помещений в той части, где мы подбили бронеход, и тут нам не слишком рады. Вообще-то, на базе гражданских контрактников много, на нас внимание никто особо не обращает и первые дни мы бегали каждый по своим делам. Лично я занимался обустройством своей лаборатории. Не герцогу же это делать, верно?
Армейцы вытащили практически всё, что не было прибито к полу и не прикручено к стенам. А ещё мне достался гигантских размеров сейф, целый бронированный шкаф. Внушительная дверца закрывала его с помощью настоящего штурвала, да плюс два кодовых замка. Что там такое могли хранить, интересно? Сейф стоял раскрытый настежь, но инструкция лежала в специальном кармашке. Хоть что-то, напоминающее секретный объект, а не какую-то лавочку энтузиастов. Ну а что касается вынесенной мебели? Им же хуже. Потратил несколько дней на новую обстановку. Задолбался ковылять то на склады, то ещё куда-то, чтобы заполучить элементарные столы и стулья. Хорошо хоть лабораторные стенды и приборы слишком громоздки, и остались на местах — не нужно искать их. В итоге всё же добился своего, но лишь тогда, когда заявился в приёмную майора Алонсо и выкатил ей свои претензии. Не постеснялся даже пригрозить обращением к Кармен и жалобами герцогу, хоть тот и бывает у нас наездами. Майор, наконец, сменила гнев на милость — видимо, дошло, что так и перегнуть палку можно.
Интенданты стали полюбезнее, даже выдали несколько вполне приличных кушеток, которые я разместил в одной комнатке, будет, где полежать и отдохнуть после обеда. Можно было бы и вовсе переехать на территорию части, майор Алонсо мне об этом намекала, но я отказался. Всё равно пока мы больше теоретизируем, чем что-то делаем, а думать мне не тяжело и вне полигона.
Наконец настал день, когда мы всей командой собрались на ужин в столовой. Столовка в части здоровенная. Очереди военнослужащих и контрактников ведут к нескольким раздачам, продвигаясь довольно быстро. Обычно я встаю в ближайшую, туда, где народу поменьше. К косым взглядам на мой возраст и молодость я уже привык.
Дедовщины тут особой нет, все понимают, что армия недаром хлеб ест, и не хотят иметь за спиной вооруженного и озлобленного сослуживца. Скорее наоборот, «старики» усиленно стараются помочь «молодым». Хотя своя специфика есть, и авторитарность старослужащих тут присутствует, всего прочего. Что из «прочего»?
Во-первых, в армии много мужчин. Молодых и не очень,