Каникулы

с нами: сидят в отдельной ложе вместе с Анжеликой и остальными важными персонами рода Дюран, зарабатывают авторитет. Марко занят кафе, приходит домой усталый и счастливый, а Анна отказалась идти на церемонию с Пилар, сказав, что посмотрит её в записи.
Мы с Исабель разглядываем команды, проходящие по стадиону, совсем как на старушке Земле. Громкоговорители вещают о возрождённых традициях, которые помогут укрепить мир во всём мире. Самая внушительная делегация — африканская. Маги и не маги там как на подбор: рослые, с хорошо развитыми мышцами, играющими под тонкой тканью. Больше ни в одной команде нет таких колоритных спортсменов. Иса лишь хмыкнула, когда я поделился с ней этим наблюдением.
— Сделать мышцы рельефными можно за пару недель. Объемные мышцы — не значит быстрые или сильные. Посмотрим, что они покажут на беговых дорожках и в воде.
Да, Солано фанатка именно водных видов спорта. Она показала билеты на финальные заплывы, признавшись, что достала эти билеты через спекулянтов, заплатив втридорога. Наверное, спустила все остатки жалования. Кстати, одета лейтенант в новое гражданское платье. Подешевле, чем то, что мы купили в «Короне», но тоже дорогое. Видимо, ей понравилось выглядеть состоятельной особой.
А открытие шло своим чередом. Прошли участники со всех континентов, подошли к концу показательные выступления отдельных спортсменов и артистов. В воздухе над стадионом то и дело возникали иллюзии, изображающие тех или иных спортсменов, чемпионов в разных видах спорта. Показывали моменты их триумфа, награждение и призы. За всё время церемонии открытия я не заметил ни одного сюжета, который бы напомнил о конфликтах и войне. Разве что показали иллюзию древнего мира, как Пресветлая спустилась с небес, даровав саму идею Олимпиады, прекратив этим войну. Незабываемо яркое зрелище, особенно в наступивших сумерках.
— Вам понравилось? — спросила Иса, когда мы вышли к стоянке такси.
— Очень. Никогда не видел столько знаменитостей в одном месте. Артисты, спортсмены, политики… Как думаете, кто станет победителем в общем зачёте?
— На «воде» Европе будет очень сложно, — сожалеюще признала Иса. — У англичан есть Кёртис и Смит. У африканцев — Мьянма и Эрна. У американцев целая компания отличных пловцов, да и австралийцы тоже сильны. У нас разве что Кармона наверняка выиграет золото на километре, остальные наши спортсмены примерно равны зарубежным.
— Есть ещё гребля и парусная регата.
— В парусной регате допускается применение магии, там будут соревноваться англичане и австралийцы, у них водные и воздушные маги сильны. А в гребле… Да, пожалуй, там наши смогут себя показать. Особенно в королевских гонках «восьмёрок». И в «двойках» на марафонской дистанции: братья Ортис, как же я о них забыла?
Мы пошли на стоянку такси и встали в конец небольшой очереди. Перед нами было несколько компаний, слышался смех, обсуждения достоинств и недостатков команд, сзади нас тоже подошёл народ. Высказывания были совсем не такие критичные, как у Исы. Если я правильно понял, то большинство было уверено, что Европа возьмёт практически всё золото. По отношению к африканцам высказывались крайне негативно. Угрозы и проклятия сыпались постоянно, причём, чем моложе были голоса, тем громче они звучали. Пару раз слышались обещания «прибить любого африканца, который встретится на пути», а также крепкие высказывания в адрес правительства, «которое допустило на нашу землю этих гадов». Я даже оглянулся на парочку таких выкриков, что прозвучали у нас за спиной. Увидел компанию из нескольких молодых людей, большинство из которых были одеты в военную форму.
— Такси, — сказала Иса, и мы шагнули к подъезжающей машине.
— Доминик Каррера? — внезапно раздалось сзади, заставив меня замешкаться.
Передо мной стоял высокий брюнет из шумной компании. Мундир курсанта Пехотного училища, нашивки второго года обучения, значки за отличную службу. Неслабый перегар и эмоции, бьющие через край. Недоверие, надежда, предвкушение… Это ещё что значит?
— Да, сударь, это я.
Лицо курсанта исказилось злой гримасой, и он почти пропел:
— Как же давно я вас искал, сударь!
Кулак кадета мелькнул перед глазами, и в голове взорвалась галактика, разлетаясь разноцветными звёздами. Очнулся я, лёжа на проезжей части у колёс такси. С трудом подняв голову, осмотрелся. Военного держали его приятели, перед Исой бледнел щит, отразивший фаербол в ночное небо. Лицо нападавшего было перекошено от ненависти и бешенства, его кулаки были покрыты каменными наростами. Поднявшись на ноги, я пошатнулся, но устоял и приблизился к курсанту. Левая сторона лица стремительно опухала, шевелить челюстью