Каникулы

— Ну и наконец, господин Каррера. Вы, сударь — заноза в заднице. Я даже не знаю, что с вами делать. Формально вы подчиняетесь не мне, вас курирует герцог де Вега. От себя лишь добавлю, будь моя воля, отправила бы вас драить сортиры до конца контракта. Увы, вы всё ещё слушатель Академии, и моя власть чисто номинальная. Но учтите, Каррера, что ваш проступок будет занесён в личное дело. Я ясно выражаюсь?
— Предельно ясно, госпожа.
Кабрера отошла от нас и оглядела всю четвёрку. Итак, кнут мы попробовали. Будут ли пряники? Рискнёт ли Кармен испортить отношения с аристократами или же всё закончится пустыми угрозами? Видимо, Кабрера размышляла о том же. Она кивнула и поморщилась.
— Я не хочу раздувать скандал, дамы и господа. Формально вы просто подрались и высказали неопределённые угрозы. Если мы остановимся на этом и не станем афишировать произошедшее, то дело можно будет спустить на тормозах. Наказания будут, но они будут не столь суровы, как мне бы хотелось, и как вы того заслужили. Господ кадетов ждёт гауптвахта за нарушение дисциплины. Вы, госпожа Солано, отделаетесь выговором без записи в личном деле. Каррера… Что с вами делать решит ректор Академии. Попрошу её не слишком церемониться. Всем всё понятно?
— Так точно, — с облегчением выдохнула Иса.
— Тогда подведём итоги. Вы, госпожа лейтенант, в первую очередь — офицер. И всегда должны помнить об этом, даже когда носите гражданское платье. Надеюсь, что этот урок вы не забудете. Это же касается и вас, господин Моралес. Помню вас по прошлогодним учениям, у вас есть потенциал. Не упустите свой шанс, Энрике. Ну а вы, молодые петушки… Кадет Бенитес, вы признаете свою вину? Тогда мы ждём от вас извинений. Надеюсь, вы не станете искать способ прикончить друг друга. Наступили трудные времена, мне нужны все, способные держать оружие. Итак?
Я пожал плечами. Специально разыскивать я его не буду, но если встретимся, вряд ли разойдемся мирно. Но ради Солано и спокойствия Кармен, почему нет? Бенитес повернулся ко мне и деревянно поклонился.
— Господин Каррера, — произнес он сдавленным голосом. — Приношу извинения за своё поведение.
— Извинения приняты, господин Бенитес, — я поклонился в ответ, нисколько не поверив.
Бенитес протянул руку, и я пожал её.
— Мы свидетельствуем об этом факте, — раздался голос в углу комнаты.
Зажёгся свет, наша четверка поспешила раскланяться. За столом сидела герцогиня де Вега. Рядом стоял Лукас, задумчиво потирая подбородок и разглядывая наши лица. Де Вега были одеты под стать Кармен, видимо, приехали вместе. Мария и бровью не повела, значит, они заодно. У нас ещё будет с вами разговор, госпожа графиня, но сейчас не время для претензий.
Получается, что «показательное выступление» генерала было не только для нас, но и для де Вега? Наверняка.
— Если это всё, то я бы хотела поговорить с вами, госпожа генерал, — многозначительно произнесла Мартина.
Намёк был вполне понятен, мы поспешно покинули кабинет. Та же полицейская сопроводила нас к выходу.
***
— М-да, неожиданный поворот.
— В Капитолии миллионы человек, а они встретились в таком месте и в такое время. Я начинаю верить в судьбу, Доминик притягивает неприятности, как магнит, словно сам их ищет. Спасибо Марии де Мендес, мы смогли предотвратить ещё одну нелепую смерть.
— Это будет стоить мне друга, ваша милость.
— Мартина, Лола. Полагаю, после сегодняшнего вечера, мы можем общаться без титулов. Как ты считаешь, Лукас?
— Я не против. Что касается Доминика, дружба и так была бы недолгой, Мария. Он универсал и почти не жилец.
— Вы видели его глаза? Глаза убийцы. Надо спрятать Бенитеса, Доминик прикончит его, клянусь.
— Думаешь? Я бы поставила на Алехандро.
— Ты не права, дорогая. Наша генерал правильно назвала Каррера убийцей. Ему не впервой. Но меня беспокоит не Каррера, а Бенитес. Он переполнен ненавистью, просто сочится ей.
— Бенитесы всегда были однолюбы.
— Он ненавидит нас всех, Мартина. Всех вместе и каждого по отдельности. У этого молодого человека тараканы такие, что страшно на них смотреть. Отправь его к Гонсало. И Моралеса тоже.
— Ты серьёзно? Сейчас? Знаешь, как это воспримут? Как сведение счётов.
— Как выражается в таких случаях Доминик — «плевать».
— Что-то Доминика многовато… Хорошо, я тебя услышала. Но Гонсало освободится не раньше чем через месяц. И то, если ты поговоришь с сестрой.
— Поговорю.
— Кармен, что с группой Каррера? Откуда в ней эта девица?
— Мне посоветовал Лукас.
— Почему она в вашей группе, Лукас? Что вы задумали?
— Это личное дело. Доминика надо держать в узде, Исабель справится.
— Я помню её дело