Все началось с того, что преуспевающий голливудский импрессарио Биллем Зеффер приобрел у хозяев древней румынской крепости для своей возлюбленной, киноактрисы Кати Люпи, старинные изразцовые интерьеры и перевез их в Америку, в каньон Холодных Сердец. Мог ли он знать, что, обустраивая у себя во дворце так называемую Страну Дьявола, он действительно впускает в мир силы, которым лучше бы пребывать в Аду?
Авторы: Баркер Клайв
Максин, как видно, начисто позабыла о подобных рассказах или просто не принимала их на веру.
Так или иначе, она без всякого сожаления придавила мертвую муху ногой и отправилась на поиски спиртного.
Выложенная плитками комната тонула в туманной дымке. Хотя теперь стены ее стали различимы для глаз – Тэмми видела и замазку между плитками, и трещины на их поверхности, – плотный холодный туман, неизвестно откуда исходивший, мешал дышать и не позволял рассмотреть что-либо вдали.
В воздухе стоял горький запах, напоминающий плесень. Несомненно, комната обладала способностью создавать различные иллюзии, в том числе иллюзию запаха. В прошлый раз, стоило Тэмми войти сюда, в ноздри ей ударило благоухание свежей травы, влажной земли и омытых дождем листьев, к которому примешивался запах конского навоза, что исходил от кучи, наваленной одной из лошадей герцога. Но выяснилось, что вся эта симфония ароматов маскировала истинный запах комнаты – запах плесени и гниения.
Тэмми робко продвигалась вперед, опасаясь, что, внезапно столкнувшись с кем-нибудь в тумане, не успеет спастись бегством. Судя по доносившимся до нее звукам, в комнате было полно призраков; однако густая пелена приглушала их горестные вопли и стенания, и трудно было понять, далеко они или близко. На всякий случай Тэмми не выпускала из виду одну из стен, надеясь, что это послужит ей надежным ориентиром.
Комната еще сохраняла остатки своей магической силы, но то было лишь жалкое напоминание о прежнем волшебстве. Пейзаж, некогда казавшийся столь реальным, ныне был намечен лишь контурно. Некоторые его детали превратились в абстрактные наброски, другие исчезли бесследно. Но в тех местах, где значительные куски мозаики сохранились нетронутыми, фрагменты картины по-прежнему обладали объемностью и убедительностью. Так, Тэмми увидела мягкие кочки, поросшие травой и белыми цветами, и иллюзия того, что все это живое, была столь же полной, как и несколько часов назад. В другом месте возвышались целые горы валунов, и на них росли тонкие, слабые деревца, семена которых некогда попали в расщелины между камнями. Вдали сквозь клубы тумана виднелись остатки рощ и лесов, рек и дорог; звери там по-прежнему охотились, а люди жили и умирали.
Однако все эти фрагменты исчезающего мира на глазах блекли и выцветали под лучами беспощадно яркого солнца. Игра оттенков, изящество исполнения – все было утрачено безвозвратно. Остатки волшебной картины все больше напоминали графику в детской книжке-раскраске.
В какой-то момент плотная дымка над головой Тэмми слегка развеялась, и ей удалось увидеть кусочек потолка. С ним произошло то же самое, что со стенами и полом. Очертания туч и облаков еще можно было различить, но, лишенные цвета и объема, они выглядели даже более безжизненно, чем наземный пейзаж, и производили впечатление бессмысленного абстрактного рисунка.
И только солнце, с появления которого начался процесс разрушения, обладало реальным жаром и не позволяло забыть о своем присутствии. Впрочем, в испускаемом им невыносимо ярком свете ощущалось нечто болезненное; это ослепительное свечение не могло продолжаться долго и неминуемо должно было испепелить самоё светило.
Тэмми продолжала идти вдоль стены, рассчитывая таким образом добраться до угла комнаты. Но, к великому ее удивлению, она шла и шла, а стена не кончалась. Зеффер был прав, когда утверждал, что комната имеет воистину гигантские размеры. Тэмми вспомнила, какой гордостью светилось его лицо, когда он описывал все сложности, связанные с перевозом комнаты из древнего румынского монастыря сюда, во «дворец мечты» Кати Люпи. По рассказам Зеффера, все плитки пришлось пронумеровать, чтобы потом поместить в точности на то место, где они находились прежде. Лишь теперь, когда иллюзия истаяла, Тэмми поняла, чем так гордился Зеффер. Разместить такое неимоверное количество плиток в надлежащем порядке было настоящим подвигом. Безумным, но все-таки подвигом.
Наконец Тэмми добралась до угла, и тут стена, немало ее озадачив, скрылась из виду. Тэмми начала подозревать, что ее поиски обречены на неудачу. Сколько она может бродить здесь, все больше отдаляясь от двери? Возможно, ей следует набраться смелости и окунуться в непроглядный туман, надеясь лишь на свою интуицию, которая в случае необходимости выведет ее куда надо? Нет, рисковать так – чистой воды безрассудство.
Тэмми решила действовать осмотрительнее. Повернувшись кругом, так, чтобы стена оказалась справа от нее, женщина двинулась назад. Она отважилась отступить от стены лишь на шесть-семь ярдов; стоило сделать еще несколько шагов в сторону, и стена терялась
