Каньон Холодных Сердец

моей матерью. Я понимал, что это не она, и все же фокус почти сработал. Я видел свою мать, слышал, как она зовет меня, и в какое-то мгновение…
– Тебе захотелось к ней подойти?
– Да. Захотелось. Но я поборол это… наваждение.
Тут кто-то тихонько постучал в дверь. Тодд буквально подпрыгнул на месте.
– Это всего лишь Максин, – успокоительно заметила Тэмми и сделала шаг к двери.
Тодд вцепился в джинсы, которые женщина держала в руках, – чтобы удержать Тэмми, а не потому, что решил наконец прикрыть наготу.
– Не открывай дверь, – взмолился он. – Не отвечай. Останься со мной. Прошу тебя, останься со мной.
На несколько мгновений Тэмми затаила дыхание, прислушиваясь к тому, что происходит на крыше. Шум прекратился. Кем бы ни было существо, которое там расхаживало, оно, возможно, исчезло. А может быть, оно просто затихло, выжидая. Или, вполне вероятно – Тэмми допускала и такое, – неведомое создание являлось плодом смятенного воображения Тодда. И там, на крыше, всего-навсего разгуливали птицы. А она, Тэмми, пошла на поводу у сумасшедшего призрака и позволила ему себя запугать.
– Надень-ка штаны, – сказала она, протягивая Тодду джинсы.
– Тэмми, послушай меня. Прошу…
– Я вся превратилась в слух, – сказала она, направляясь к дверям. – А ты говори и одевайся.
Стук повторился. Тэмми поняла, что ошиблась. Это была не Максин. И стучали вовсе не в дверь спальни, а в парадную дверь дома.
Осторожно приоткрыв дверь спальни, Тэмми увидела Максин, идущую по коридору прочь от входных дверей.
– Максин! – окликнула ее Тэмми. – Что это было, ты не знаешь?
Та вскинула голову; судя по выражению лица, мисс Фрайзель была встревожена не на шутку.
– Я услышала стук. Подошла к двери. Ты можешь мне не верить, Тэмми, но там, снаружи, был свет. Он проникал во все щели.
– Значит, это не бред. И не игра воображения, – качнула головой Тэмми.
Спустившись к Максин, она сбивчиво пересказала ей все, что слышала от Тодда.
– Тодд уверен, что его кто-то ждет. Он так и сказал. И сейчас тот, кто его ждет, сидит на крыше.
Тэмми опустила руку на дрожащее плечо Максин.
– Ты, я смотрю, ужасно перепуталась?
– Еще бы. Я едва в обморок не грохнулась, когда увидала это.
– Но ты не стала открывать дверь?
– А ее и нет надобности открывать. Там ведь такие огромные щели, что всякий может войти. И вряд ли эта дверь послужит нам надежной защитой.
– Оставайся здесь.
С этими словами Тэмми пересекла холл, протиснулась в одну из щелей, расколовших дверь, и остановилась на крыльце.
– Господи, осторожнее! – крикнула ей вслед Максин.
– Здесь никого нет, – сообщила Тэмми.
– Ты уверена?
Максин тоже проскользнула в широкую щель и встала рядом с Тэмми.
Последние лучи заката уже погасли, но луна, сиявшая высоко в небе, бросала свои серебристые отсветы на верхушки деревьев.
– Что ж, по крайней мере, вечер прекрасный, – заметила Максин, окинув взглядом притихший сад.
Тэмми, отчаянно напрягая зрение, вглядывалась в сгущавшуюся темноту, в заросли кустов, скользила глазами по дорожкам, по крыше. Она пыталась различить хоть какие-то признаки присутствия существа, которое недавно подняло шум, так напутавший Тодда. Однако в саду никого не было, и на крыше тоже.
– Пусто, – пробормотала она себе под нос. Оглянувшись на Максин, она увидела, что та неотрывно смотрит на луну. По щекам менеджера ручьями струились слезы.
– Что случилось? – обеспокоенно спросила Тэмми. Максин не ответила, лишь отвела от луны зачарованный взгляд и устремила его на деревья.
Несколько листьев сорвались с тех веток, на которые упал лунный отблеск. Тэмми, к немалому своему изумлению, заметила, что серебристый луч стал снижаться.
– Господи, – потрясенно выдохнула она, догадавшись, что источником света была вовсе не луна.
Тодд оказался прав. Теперь Тэмми явственно ощущала присутствие некоего существа, лишенного форм и очертаний, состоящего из одного лишь света. Однако же у него были глаза, потому что оно видело их с Максин – в этом Тэмми не сомневалась. Женщина чувствовала, как по ней скользит пронзительный взгляд. Нет, не скользит, а проникает внутрь, сквозь кожу. Под этим взглядом Тэмми становилась прозрачной.
И, проникнув в глубь ее сознания, луч породил там множество образов и картин. Тэмми увидела дом, где прошло ее детство. Видения были не настолько навязчивы, чтобы заслонить окружающий мир; нет, обе реальности мирно существовали рядом, ничуть не мешая друг другу. Дверь дома отворилась, и перед взором Тэмми предстала тетя Джессика, сестра отца. Тетя Джессика, старая дева, о которой