1916 год. Разгар Первой мировой. Лейтенант Русского военно-морского флота Николай Верещагин доживает последние мгновения в затопленной субмарине. 400 лет спустя. Боевые товарищи прозвали Ольгу Шереметьеву «Ведьмой» — ведь на фюзеляже ее космического истребителя была изображена голая ведьмочка, летящая верхом на помеле между звезд. Ну и за характер, конечно.
Авторы: Лысак Сергей Васильевич
в руке. Видно было, что звонок выдернул его из-за стола, так как он что-то дожевывал. Оглядев пустую лестничную площадку и высказав свое мнение о хулиганящих малолетках, где цензурными были только предлоги, он уже собирался захлопнуть дверь, как вдруг неожиданно в паре метров от него возникла Ольга. Жан перепугался от неожиданности, но быстро взял себя в руки.
— Добрый вечер, Жан. Ты один?
— Уф-ф-ф!!! Добрый вечер, мадам! Как вы меня напугали. А я думал, что опять малолетки балуются. Вы уж извините, что я при вас так…
— Ладно, не извиняйся. Рабочий момент. К тебе можно? А то вдруг у тебя там очередная пассия?
— Никого нет, заходите. Меня только сегодня из кутузки выпустили, потому и прийти не смог.
Впустив Ольгу, Жан подробно рассказал о случившемся. После посадки он потолкался среди других пилотов и узнал кое-что интересное. Сразу после возвращения «Принцессы» Лорд был арестован полицией прямо на летном поле. Задержали также экипаж яхты. Оказывается, «Принцессу» уже ждали, хотя внятного объяснения этому никто дать не мог. Высказывались предположения, что скорее всего Ромочка нарушил правила игры и начал хапать не по чину, перейдя кому-то дорогу этажом выше, ибо до сих пор для полиции он был недосягаем. Ну а что бывает с нарушающими правила – знают все. Когда Жан приехал к Ольге домой, чтобы доставить затребованные документы, то тоже был взят под белы ручки. Его рассказу никто не поверил, но соответствующие запросы в космопорт и на орбитальный терминал Эсмеральды все же были сделаны. К огромному удивлению полиции все рассказанное Жаном оказалось правдой. Пришлось перед ним извиниться и отпустить. Комиссар Лехман и инспектор Карстен спрашивали его, не показалось ли ему что-либо странным в поведении Ольги, не обмолвилась ли она случайно о своих дальнейших планах, но Жан ничем не смог им помочь. Хозяйка фирмы плохо себя чувствовала, вот и отправила его в этот полет. Больше он ничего не знает и по возвращении ее больше не видел.
— Так что похоже, какое-то осиное гнездо на самом верху мы потревожили. Никогда еще такого не было, чтобы полиция Рому Поланского за шиворот взяла. Видать, большие люди за всем этим стоят, — подвел итог Жан.
— Да, ты прав. Поэтому в городе тебе оставаться опасно. Неизвестно, что на уме у нашего неизвестного друга. У тебя есть где-нибудь лежбище, где можно переждать смутное время?
— Есть конечно. За меня не волнуйтесь.
— Значит, срочно собирайся и пошли. Здесь больше оставаться нельзя. Кстати, тебе будет интересно узнать, что Ромочку уже отпустили. Адвокаты вытащили его и на этот раз, так как абсолютно никаких улик против него нет. Но наш неизвестный друг такой незначительной мелочью, как улики, обременять себя не будет. И на Ромочкиных адвокатов с их писаным уголовным кодексом ему наплевать. Он
знает
все, что натворил Рома и ему этого достаточно. Так что за Ромочкину жизнь я сейчас не дам и медного гроша.
— Может, до утра подождем? Переночуете у меня, одна комната в вашем распоряжении.
— Нет, Жан. Давай собирайся и идем. Нехорошие предчувствия у меня, а ты меня знаешь. Думаю, ему уже известно, что тебя выпустили.
После таких слов Жан без разговоров начал сборы. Уж в чем, а в умении анализировать и предвидеть ситуацию он доверял Ольге на сто процентов. Чего только стоил трюк с «Элеонорой» и заходом на Эсмеральду. Без этого не сидел бы он сейчас в своей квартире и не вел светскую беседу.
Вскоре он предстал перед Ольгой с собранной сумкой.
— Все, я готов.
— Выходим вместе, я тебя прикрою. Далеко от меня не отходи и не шуми. Если будет какая-то опасность, ничего не предпринимай, пока я не скажу.
— Но ведь вдруг кто-нибудь нас уже ждет и нападет?
— Не волнуйся, Жан. Нас никто не увидит и, если будет реальная опасность, я устраню ее сама. Не пачкай руки. А я, если надо, сделаю еще один «висяк» для полиции.
— Простите, мадам. Все забываю про ваши возможности. Если бы сам не увидел, никогда бы не поверил в подобное.
Выйдя из квартиры, Жан по привычке направился к лифту, но Ольга покачала головой и они начали спускаться по лестнице. Когда они были уже на третьем этаже, неожиданно раздался звук открывшейся двери и Ольга своим чутким слухом уловила чьи-то быстрые тихие шаги по лестнице. Одновременно заработал лифт. Она тут же дала Жану знак не шуметь и указала на место под стенкой вдали от лестницы, став рядом с ним. Хорошо, что лестничные площадки в домах этого типа довольно просторные и хорошо освещаются. Ждать долго не пришлось. Лифт остановился наверху и мимо них по лестнице проследовали