1916 год. Разгар Первой мировой. Лейтенант Русского военно-морского флота Николай Верещагин доживает последние мгновения в затопленной субмарине. 400 лет спустя. Боевые товарищи прозвали Ольгу Шереметьеву «Ведьмой» — ведь на фюзеляже ее космического истребителя была изображена голая ведьмочка, летящая верхом на помеле между звезд. Ну и за характер, конечно.
Авторы: Лысак Сергей Васильевич
в стоге сена. Лайнер может принять до пяти тысяч пассажиров и восьмисот членов экипажа.
Информация о списке пассажиров рейса и судовой роли экипажа считается конфиденциальной, но для Эриха Лемке и его помощников узнать это не составит труда, только вряд ли это что-нибудь даст. Пусть, конечно, покопаются и поищут интересные личности, засветившиеся где-нибудь до этого, но вероятность успеха крайне мала. У таких людей обычно имен больше, чем прожитых лет. Отдав соответствующие распоряжения Лемке, она покинула офис и поехала домой.
Машина с топтунами сразу же увязалась следом, но Ольга уже к этому привыкла. Было бы странно, если бы они исчезли. Сейчас противник пребывает в замешательстве. Две подряд провалившиеся ликвидации заставят задуматься кого угодно. Хотя, в последнем случае, могли списать все на то, что снайпер промахнулся. Ведь у него были две цели, а не одна. Хотя сам снайпер так не считает, и наверняка доложил, что обычный человек
не может
так реагировать на выстрел. Но скоро охота должна прекратиться. Франц и Гюнтер по ее приказу уже передали информацию, что Ольга Миллер неожиданно вынырнула из небытия, живет и здравствует, и оказалась тем самым единственным свидетелем. Для Гюнтера особых проблем не предвидится. В конце концов, он занят совершенно в другой области и вполне мог не знать, что Ольга вернулась до того самого момента, как она стала звездой криминальных новостей. А вот Францу не позавидуешь. По роду работы он должен был знать о ее чудесном воскрешении из мертвых, и как он будет выкручиваться – это его дело. В министерстве госбезопасности сначала обрадуются до умопомрачения, а потом дадут по рукам местной резидентуре приказав, чтобы ни один волос не упал с драгоценной головы Хризантемы. Во всяком случае, пока. А потом снова начнется планомерная осада, но гораздо более тонкая. Там уже поняли, что грубостью и запугиванием в отношении нее ничего не добьешься. Значит, в дело пойдет лесть и подкуп, так как разговоры об офицерском долге после всего, что случилось, будут выглядеть форменным издевательством. Вот и поглядим, друзья мои, во сколько вы меня оцените…
Второй вечер и вторая ночь прошли спокойно. А вот наутро Ольгу вновь одолело тревожное предчувствие. И что же вы, ребята, никак не угомонитесь. Ладно, подождем, что будет на этот раз. Надеюсь, из танков мое бунгало расстреливать не будете? А то тут один такой шустрый пообещал уже, что его разнесут по кирпичу…
Ждать долго не пришлось. Ольга только закончила разговаривать с Гюнтером, уточнив некоторые детали вчерашнего происшествия, как у ворот дома остановилась полицейская машина. Из нее вышли трое шкафообразных личностей – двое в полицейской форме и один в штатском и с уверенным видом направились в дом. Едва Ольга открыла дверь, как ее тут же оттеснили в сторону. Да-а, хорошим манерам вас, видно, не учили.
— Ольга Миллер? — обратился к ней тот, что был в штатском.
— Да, это я. Что вам угодно, господа?
— Инспектор Бергман. Собирайтесь, поедете с нами.
— А в чем дело? Что собственно случилось?
— И вы еще спрашиваете? Вы задержаны по подозрению в соучастии в преступлении.
— Каком?!
— Убийства сотрудника посольства.
Ольга сразу же поняла, что «инспектор» лжет. Зверь рычал, но она держала его. Ну что же, ребята, вы сами напросились. Рискуете стать
добычей
…
— Интересно, кто же отдал такой приказ. Случайно, не комиссар Лехман?
— Вас это не касается.
— Даже очень касается. Он контролирует ход этого дела и я только что с ним разговаривала. Сейчас я ему перезвоню и все выясним. Думаю, это какое-то недоразумение.
Ольга направилась к видеофону, но один из них преградил дорогу.
— Назад! Следуйте за нами, если не хотите проблем!
— Хочу! — улыбнулась Ольга. Она уже давно все поняла. Зверь чувствовал страх и неуверенность. Добыча боялась долго оставаться здесь и торопилась поскорее уйти.
Один из полицейских подошел к Ольге и попытался схватить ее за руку. В ту же секунду он застыл, и колено Ольги врезалось ему в пах. Удар был настолько сильный, что громила упал. Второй бросился на Ольгу, но она также парализовала его и нанесла сильный удар по шее. Второй «полицейский» рухнул на пол. Одновременно вырвала из его кобуры пистолет и направила на Бергмана.
— Стоять. Стреляю без предупреждения.
— Ах ты, курва! Ты что себе позволяешь?! Тебя же за нападение на полицейского
