Капитан «Летающей Ведьмы»

иначе не стоит выполнять такой сложный маневр. Если надо просто удрать с лайнера и забрать с собой что-то, что можно унести в руках, для этого гораздо проще, быстрее и безопаснее воспользоваться шлюпками. Может быть то, что их интересует, находится вовсе не в трюме? А разговор о контейнерах – для отвода глаз? В любом случае, сейчас мы это все равно не узнаем.
— Господин капитан, с эвакуацией придется повременить. Мы просто не успеем. Сейчас главная задача – не допустить абордажа. Если им удастся состыковаться и оборудовать шлюзовой переход, все будет гораздо хуже. Мы не знаем, сколько их и каковы их намерения. Единственное, что утешает, стрелять они не будут. Они заходят на швартовку. Значит, им действительно тут что-то нужно.
— Но как мы не допустим абордажа?
— Предоставьте это мне. Предупредите машину, чтобы были готовы дать форсированный ход.
— Что вы задумали?
— В момент швартовки я дам резкое смещение по двум пространственным осям и сомну оба стыковочных узла. И наш, и их. Они не смогут состыковаться. Если попытаются подойти с другого борта, проделаю то же самое. У них не будет физической возможности для стыковки. И им придется или тупо болтаться у нас под бортом, кроя нас матом, или убираться несолоно хлебавши. Если попытаются высадить к нам снаружи на корпус ремонтников, то мы поджарим их двигателями боковой коррекции.
— Мадам, но это же ювелирный маневр! Ведь можно ударить так, что ни им, ни нам уже никакой ремонт не понадобится! Кто сможет его провести?!
— Я.
— Вы?!
— Да. Я не всегда была Ольгой Миллер. Когда-то я была Ольгой Шереметьевой…
— Шереметьева… Ведьма?! Ведьма с «Летающей ведьмы»?! Так это вы?!
— Да, я. Решайте, господин капитан. Вы здесь командуете. Даете вы мне возможность спасти нас всех, или нет.
— Мадам, «Афродита» в вашем распоряжении. Я помогу при выполнении маневра. Сам бы попробовал, если б не рука…
Внезапно ожило радио. Неизвестный корабль медленно, но неуклонно приближался, стараясь стать параллельно корпусу «Афродиты» на минимальной дистанции.
— «Афродита», оставайтесь в дрейфе, ничего не предпринимайте. Я сам подойду и состыкуюсь. И что это за придурок у вас там орал, что на вас нападают? Вы что, не всех вычистили? Курт, ответь.
Ольга мгновенно сграбастала за шкирку террориста и сунула ему трубку радиостанции.
— Говори, гнида, что все нормально, а это какой-то идиот из шлюпочной радиостанции передавал, но вы его уже заткнули.
Когда Курт, заикаясь, выдал в эфир требуемую информацию, там, похоже, успокоились.
Ольга внимательно наблюдала за приближающимся кораблем. Он пока еще очень далеко и визуально не просматривается. Положение контролируется по радару. Но вот вдали появилась крохотная точка. Она приближается, увеличиваясь в размерах, и скоро можно будет использовать оптику, чтобы рассмотреть его получше. Но уже и так ясно, что корабль большой. Не какой-нибудь буксир, или планетный шаттл. Возможно, крупный балкер, танкер, или контейнеровоз. Ему придется изрядно попотеть, чтобы аккуратно подойти к «Афродите». Но для Ольги это даже лучше. Скорость подхода у него будет минимальная, моменты инерции огромные и будет больше времени на выполнение собственного маневра. Ее задача – в момент швартовки, используя свои двигатели, дать резкий толчок в нужный момент и совершить сильный удар своим стыковочным узлом по стыковочному узлу подходящего корабля. Ведь там рассчитывают свой маневр исходя из того, что «Афродита» неподвижно лежит в дрейфе, и давать ход не собирается, о чем ее заранее предупредили. В результате такого удара оба стыковочных узла будут изуродованы, и совершить стыковку другой корабль не сможет. Им останется только высказывать свое мнение об «Афродите» — все, что они о ней думают. Никакой возможности попасть внутрь лайнера у них не будет. А слишком долго оставаться в этом районе тоже опасно. Сигнал бедствия послан, и сообщено о попытке нападения. Это значит, что самое позднее, через шесть часов военные корабли будут здесь. И тогда охотник превратится в дичь. Поэтому надо будет уносить ноги, пока не поздно. Ибо связываться с военными кораблями – это надо совсем не дружить с головой.
Никаких опознавательных сигналов от приближающегося корабля не исходит. Его АИС, похоже, выключена. И он бродит здесь, как летучий голландец. Ольга начала настраивать оптику. Сначала она ничего не поняла и решила подождать, когда цель подойдет поближе. Потом подумала, что ей померещилось, и она ошибается. Но очень скоро поняла, что никакой ошибки быть не может и память ее не подводит. Без всяких сомнений, перед ней старый знакомый – тяжелый крейсер космофлота сепаратистов типа «Сюркуф»…