Капитан «Летающей Ведьмы»

Ребятки работают очень профессионально, но куда им тягаться с ведьмой. Тем более, с двумя. Это значит, что-то пошло не так. Если бы просто хотели держать их под наблюдением до Шварцвальда на все время полета, то не пригнали бы такую толпу. Это уже больше похоже на подготовку операции по задержанию, или ликвидации, что более вероятно.
Там не дураки, и прекрасно понимают, что пытаться их задержать, это все равно, что пытаться дернуть за усы тигра. Результат будет примерно тот же самый. Поэтому, надо ждать какого-то нестандартного хода с вашей стороны, ибо все стандартные схемы, разработанные на все случаи жизни, не срабатывают, когда они направлены против ведьмы.
Тем более, когда их двое. Хоть одна из них всего лишь семилетняя девчонка, но эта девчонка – ведьма. Причем, ведьма – Рожденная нарушившей Запрет. Обладательница высшего титула в негласной иерархии ведьм. И вы об этом прекрасно знаете…
— Мама, что будем делать? Может, возьмем кого-нибудь из них за хобот и тряхнем? А то до сих пор не знаем, что им надо.
— А как ты хочешь это сделать? Ведь мы не сможем умыкнуть никого надолго, остальные сразу поднимут тревогу. Мне, чтобы войти в контакт с подсознанием, нужно время и определенная подготовка. А чего-нибудь вроде «жасмина», или «Стикса», чтобы развязать им язык, у нас тоже нет. Действовать методами святой инквизиции? Так для этого нужно время. И это сразу подтолкнет их к активным действиям, как мы кого-то умыкнем…
— Мама, ничего этого делать не надо. Они нужны мне всего-то на пару минут. Ты меня подстрахуешь, отведешь всем глаза, а я войду в память кого-нибудь из них и узнаю абсолютно все. Точно так же, как сделала это с Цезарем и с тобой. Но ты была в бессознательном состоянии, время у меня было неограниченно и я вошла в твою память очень осторожно, одновременно оказывая помощь. Все-таки, здорово я тебя тогда приложила спросонья, ты уж на меня не сердись… И больше так не делай… А вот с Цезарем нисколько не церемонилась. В полном сознании вломилась ему в память, пробив напрочь всю его ментальную защиту. Это очень пагубно сказывается на здоровье того, кому это делают. Но на войне – как на войне. Я все равно не собиралась оставлять этого подонка в живых…
— Да уж, доча, как вспомню… Мне от твоих самурайских традиций аж не по себе стало… Зрелище не для слабонервных…
— Ну-у-у, мамочка, кто бы говорил! Я-то знаю, как ты у Мишутки, как ты его называешь, искусству развязывать языки научилась и даже иногда это успешно применяла. Да и когда снесла голову Юмико мечом в поединке, особых отрицательных эмоций я что-то у тебя тоже не заметила!
— Скажешь, тоже! Я то уже взрослая женщина, да и никакого удовольствия мне это не доставляет. Как раз наоборот. А ты еще ребенок, с неокрепшей психикой.
— Мама, снова старые песни на новый лад? Еще раз повторяю тебе – я уже не ребенок. Я – капитан первого ранга Императорского флота Сабуро Токугава, а Аня Миллер я только последние семь лет. Тебя смущает мое детское тело? Так я вырасту со временем.
— Да, доча… Все никак не могу отделаться от мысли, что ты семилетняя девочка…
— Вот именно, мама! Внешность бывает очень обманчива. Так вот, прикроешь нас на пару минут, а я выверну их наизнанку. А после этого отключу их ударом в голову и заблокирую память на несколько больший предыдущий период – минут на десять. Потом мы уйдем, а они ничего не вспомнят. Даже, если у них крыша поедет, мы-то тут при чем?
— А может, сделаем по-другому? Сначала усыпим их, а потом ты войдешь в их память? Ведь так будет для них безопаснее? А нам потребуется только на несколько минут больше времени.
— Гм-м… Пожалуй, так тоже можно. Да, для них это будет безопаснее. А откуда это у тебя приступ человеколюбия? Уж поверь, они с нами церемониться не будут.
— Знаю. Но только наследить не хочется. Никаких сомнений у меня нет, это

контора
. Но ссориться с конторой на данном этапе в наши планы не входит. И есть у меня еще одно предположение. Если мы незаметно и совершенно безвредно для топтунов узнаем от них информацию, то они могут это скрыть от начальства. Просто подумают, что заснули на посту. А ни один топтун в этом не признается, это грозит ему крупными неприятностями.
— Да-а-а, мама… В тебе действительно потеряли великого разведчика. Я больше привыкла действовать чисто военными методами. Если перед тобой враг, и он не сдается, то его уничтожают. Ладно, когда начнем?
— Сегодня, когда народ по каютам рассосется. Выберем пару подопытных кроликов… И чует мое сердце, Анечка, что надо нам торопиться. Что-то контора задумала в отношении нас. А что