1916 год. Разгар Первой мировой. Лейтенант Русского военно-морского флота Николай Верещагин доживает последние мгновения в затопленной субмарине. 400 лет спустя. Боевые товарищи прозвали Ольгу Шереметьеву «Ведьмой» — ведь на фюзеляже ее космического истребителя была изображена голая ведьмочка, летящая верхом на помеле между звезд. Ну и за характер, конечно.
Авторы: Лысак Сергей Васильевич
они мало что знают. Это унтер-офицеры и к секретным делам их не допускают. Все то, что мы уже знаем, плюс некоторые технические подробности о характере повреждений «Памира». Но есть одна интересная вещь. На «Линксах» установлен новый экспериментальный прибор, позволяющий обнаруживать с высоты порядка тысячи метров любые объекты, где есть замкнутые электрические цепи хотя бы с небольшим током. Подробного устройства они не знают, это держат в секрете. Их дело-только эксплуатация прибора.
— Очень интересно. А в нашей шлюпке замкнутых электрических цепей хватает, ведь мы оставили реактор в режиме ожидания. Теперь придется глушить все, и сидеть со свечкой.
Или, они и горящую свечку обнаруживают?
— Вроде, до этого не дошло. Но обстановка на борту «Памира» и «Кассиопеи» не внушает оптимизма. «Памир» еле двигается, и его кое-как залатали, чтобы он не терял воздух, но некоторые отсеки все равно разгерметизированы, и восстановить герметичность не удается. Рядом болтаются шлюпки «Кассиопеи» с экипажем и пассажирами, которые высказывают «Памиру» все, что о нем думают. Они не могут понять, почему «Памир» не вызывает помощь и почему он так странно себя ведет. «Аналитики», что были на лайнере и мотали нам нервы, перебрались на «Памир» к немалому удивлению остальных пассажиров.
На постоянные требования объяснить свои действия, «Памир» сначала вежливо отказывал, потом игнорировал, а теперь откровенно посылает. На «Кассиопее» не лучше. Когда они высадились в космопорту и обшарили лайнер, то нашли тех, кого мы оставили. Сказать, что это был шок, значит не сказать ничего. Они заняли круговую оборону и боятся выйти за пределы охраняемого периметра. Это была их первая вылазка, как только обнаружили шлюпку. Если нам удастся уничтожить всех роботов, то они точно запрутся внутри лайнера и носа не высунут. Распоряжается всем, вроде бы, «гебешный» генерал-майор. Но с ним несколько штатских, которым этот генерал в рот заглядывает и на задних лапках прыгать готов. Больше они ничего не знают.
— Ну, хоть что-то. А сейчас, доча, проведем воспитательную работу среди личного состава, как это раньше называли. Как я закончу, приведем их в чувство. Пусть посмотрят. Может, сделают выводы и другим расскажут…
Ольга вынула меч, и вскоре все трупы «волкодавов» лишились своих голов. Она удовлетворенно окинула взглядом десантный отсек и, не убирая меча в ножны, разрешила.
— Все, доча. Антураж готов, приводи наших болезных в чувство. Пускай уборкой помещения займутся.
Аня привела всех троих в чувство, и они недоуменно уставились на Ольгу, стоявшую прямо перед ними с катаной в руке. Попробовали достать оружие, но оно было предварительно изъято, чтобы не глупили.
— Что, мальчики, очухались? Давайте знакомиться. Я – Ольга Шереметьева, которую вам надо взять «хотя бы полудохлой», а это моя дочь Аня, с которой можно вообще «не церемониться». Это не мои слова, а вот этих дуболомов, что лежат рядом. Можете ознакомиться.
Экипаж приподнялся с палубы и увидел открывшуюся картину. Молодого второго пилота аж вырвало, командир с бортинженером тоже отвернулись от ужасной картины.
— Что, мальчики, не нравится? Так я буду поступать со всеми, кто вздумает поднять руку на меня, и моих близких. Теперь относительно вас. Ваши жизни мне не нужны. Вы, по крайней мере, не пытались взять меня «полудохлой», и за это я сохраню вам жизнь.
Сейчас вы откроете люк, выбросите за борт весь этот мусор, а затем я отвезу вас в космопорт, где сможете вернуться на «Кассиопею». Близко подходить не буду, высажу вас на краю поля среди деревьев, а то ваши друзья еще, с перепугу, пальбу откроют. Не бойтесь, там поблизости нет хищников. Пока нет… Как вернетесь, расскажите всем, что видели и передайте, что Ольга Шереметьева никогда не собиралась вредить интересам Федерации. Но если на нее устраивают охоту, то она принимает ответные меры. Запомните – руку, поднятую на меня, я отрубаю! И передайте это всем «волкодавам» и их начальству. А сейчас, за работу!
Экипаж Орлана-три, сдерживая тошноту, отдраил люк и начал «уборку помещения», выбрасывая за борт то, что недавно было грозными, натасканными «волкодавами», бойцами элитного спецподразделения. Ольга и Аня внимательно наблюдали. Оружие сваливали рядом в кучу…
Ольга следила за командиром. Зверь был настороже, и чувствовал близкую опасность.
И очень скоро она поняла, что не ошиблась в своих подозрениях. Вытягивая очередное тело к люку, командир попробовал незаметно извлечь пистолет из кобуры на трупе. Ольга позволила ему это сделать. Считая, что контролирует ситуацию, командир вырвал из кобуры чужой пистолет и направил на Ольгу. Но реакция человека, все-таки,
