Детективное бюро, занятое семейными разборками клиентов, влачит тихое существование. И вдруг… Загадочные убийства двух красивых женщин – это раз. Появление непонятных фотографий – это два. Похищение мужа героини – это три. А ведь еще есть и номера четыре, пять, шесть… Казалось бы, таинственным происшествиям и совпадениям нет конца. Но все-таки конец близок. Разгадка где-то рядом.
Авторы: Саморукова Наталья
дверь позвонили. Я со всех ног кинулась открывать, такой бодрой рысью помчалась в коридор, какой от себя и не ожидала. Чуть вешалку не опрокинула.
Но за дверью стоял не Лешка, а мужичок в черной кожаной куртке. У него большими буквами на лице было написано, что он из милиции. Этих букв было вроде не видно, и все-таки они очень хорошо читались.
– Старший лейтенант Соколов, – представился гость и покрутил перед моим носом удостоверением. Пришел он по мою душу. Как и предупреждал меня предусмотрительно юркнувший в дальнюю комнату Гришка, собирая сведения об убитой Ирине, милиция добралась и до меня.
То ли они были в курсе, что я, точнее моя фирма, ведет параллельное расследование, то ли просто старший лейтенант Соколов не любил женщин моего типа, но смотрел он на меня с плохо скрытой неприязнью. Его интересовало, что я знаю о своей соседке. Где и как с ней пересекалась, заметила ли что-то подозрительное в день накануне убийства. Или может быть после?
Я сдержанно поделилась информацией, не преминув сообщить, что видела Ирину в Турции. Выслушав последнее заявление, Соколов напрягся. Он не стал мне говорить, что по их данным, Ира не пересекала границ России в последнее время. Он просто недоверчиво поводил носом и выложил передо мной фотографию.
– Это она?
С цветного глянцевого снимка на меня смотрела радостно улыбающаяся красавица. Блондинка в белом, вся словно сотканная из воздуха и солнца. Без всяких сомнений, это была она. Очень узнаваемый северный типаж. В Москве таких женщин и не встретишь, а вот в Петровске, как я убедилась, они вполне распространенное явление.
Когда я тихо сказала визитеру, в какой компании мной была замечена Ира, он напрягся еще больше. Еще более недоверчиво поводил носом и выдал мне следующий снимок. Тоже блондинка. Тоже в белом. И очень похожа на Иру. Но все же не Ира.
– Нет, похожа, но не она.
– Это я и без вас знаю, что не она, – грубо отшил меня старший лейтенант, – это еще одна жертва, Галина Полевая. Вам она знакома?
Я отрицательно покачала головой. Ни про таинственные камни, ни про расследования пенсионера Сидорова, из вредности говорить не стала. Тоже мне, пришел, протопал грязными ботинками в кухню и строит тут мне козьи морды. Видали таких.
Соколов ушел, Гришка повис на телефоне, а я, отодвигая панические мысли о пропавшем Лешке, стала выстраивать в голове шаткие конструкции гипотез. Столь сильное сходство этих женщин было для меня неожиданным. Они были почти как сестры. Наум оказался прав – даже прищур глаз схожий. И Галя, и Ира смотрели на мир с еле заметным пренебрежением, свысока, как высшие благородные создания на всякую мелкую шушеру, что копошится внизу. Они словно были посвящены в какую то тайну, которая давала им право превозносить себя много выше всего мира. Певица, художница… Не знаю отчего, но мне казалось, что в этой цепи не хватает третьего звена. Может быть третьей жертвы? Типун мне на язык. Но как похожи друг на друга… это ж надо.
– Гриш, Гриш, – заорала я, и когда тот, перепуганный, возник на пороге кухни, уже нормальным голосом спросила, – а мы можем проверить, не ездила ли в Турцию Полевая?
– Думаешь, обозналась?
– Да я то не обозналась, но паспортами они легко могли махнуться.
Как и следовало ожидать, Галина Полевая действительно была в искомый период в Турции. И не где-нибудь, а именно в отеле «Флория-гольф» ресорт». Губернатора мы с такой легкостью проверить не могли, но это уже было и не важно. Важно, что нас с Лешкой не настиг глюк, не подвело зрение. Да и Наум не ошибался. Ира отдыхала в компании с политическим воротилой. Просто она максимально запутала следы.
Это давало новые возможности для поиска, одновременно усложняя его, ставя нас на самую границу дозволенного. А возможно, мы уже и перешагнули тонкую грань, за которой начинаются смертельно опасные зыбучие пески. В верхнем эшелоне власти подвизаются не самые простые дяди. Таким опасно не то что палец в рот класть, даже думать об этом и то рискованно.
Впрочем, сейчас, когда сердце мое целиком и полностью было отдано переживаниям о Лешке, оценивать какие то бы ни было риски я была не способна. Если бы мне сказали, что для спасения милого надо пойти и принародно обвинить святошу во всех смертных грехах, я бы уже бежала исполнять задание со всех ног.
– Как ты думаешь, Гриш, не проверить ли нам эту версию? – спросила я осторожно.
– Какую? – насторожился Гришка.
– Ты смотри, как все гладко получается. Возможно, кто-то шантажирует того высокого дядьку. Возможно, его жена стала подозревать, что не все так чисто в их семейной жизни.
– И что?
– То! Он заметает следы. Он убил сначала свою любовницу, а потом ее подругу, которая
