Детективное бюро, занятое семейными разборками клиентов, влачит тихое существование. И вдруг… Загадочные убийства двух красивых женщин – это раз. Появление непонятных фотографий – это два. Похищение мужа героини – это три. А ведь еще есть и номера четыре, пять, шесть… Казалось бы, таинственным происшествиям и совпадениям нет конца. Но все-таки конец близок. Разгадка где-то рядом.
Авторы: Саморукова Наталья
позити… поза… позиционировать себя в отношениях с противоположным полом.
– О е-мое, Анют, зачем тебе это? У вас же c Петькой все и так хорошо! Что ты дурью опять маешься?
– Э нет, это ты так думаешь. Мы сколько уже вместе?
– Сколько?
– Столько, Насть, не живут. Пятнадцать лет. Это критический срок. Везде об этом пишут. Сейчас парни подрастут, пойдут по жизни самостоятельно и все, не нужная я никому стану. Я ж у них за уборщицу, за кухарку. Целыми днями по дому кручусь. Что я вижу? А Петюнчик у меня с большими людьми общается, в свет выходит. Рядом с ним такие бабы! И все, Насть, одинокие, – сокрушенно вздохнула Аннушка.
Представить на трезвую голову, что ее Петюнчика, отца многочисленного семейства, кто-то рискнет увести из стойла, я не могла. Но спорить с Аннушкой не имело смысла. Новая идея уже поселилась в ней и стремительно набирала обороты, как вирус в ослабленном организме. Объяснять Анне, что и в наше разнузданное время еще есть мужики, для которых семья – это все, и что Петька как раз из этой вымирающей категории? Увольте.
Пособия, которыми трясла сейчас передо мной соседка, пишут, как правило, женщины неустроенные в личном плане, озлобленные на весь мужской пол. Они делят все адамово поголовье на несколько типажей, презрительно именуют мужчин «папиками» и «маменькими сынками» и дают универсальные советы. Например, «если чувствуете, что отношения охладевают, купите эротичное белье и встретьте его с работы в прозрачном пеньюаре». Или еще лучше – «если он тянет с приглашением в загс, дайте ему понять, что он может и потерять вас – езжайте в отпуск одна». Спору нет, замечательные советы. Наверное, в каких то случаях они даже работают.
Но почему то мне кажется, что охладевающий муж, встретив постылую жену на пороге в неглиже, не испытает ничего, кроме чувства неловкости, а сомневающийся жених, проводив вертихвостку на юг, засомневается еще больше. Причины охлаждения, как подсказывает мне интуиция, кроятся несколько глубже затрапезного халата. Когда человека любят, когда с ним интересно и весело, ему легко прощают и погрешности домашней одежды и многое другое. А сомнения партнера не победить выкрутасами и демаршами. Скорее уж наоборот. Но какой мне прок убеждать Аннушку в очевидных вещах?
– Насть, вот посмотри. Тут ясно сказано, что муж должен не только испытывать к жене сексуальную тягу, но еще и уважать ее. Насть, а ведь Петька меня ни в грош не ставит. Он мое мнение никогда, Насть, не спросит, все по-своему сделает!
– Послушай, насколько я знаю, он никогда не советует тебе, где покупать продукты, как варить борщ, какую мебель выбрать для ванной… По моему очевидно, что и от тебя он не ждет совета, как вести бизнес и водить машину.
– Ой, да я не о том. Насть, он же между нами говоря, – Аннушка взяла паузу и драматически выдохнула, – он же меня дурой считает! Так прямо и говорит – какая ты у меня дурочка.
– Ань, между дурой и дурочкой есть разница. Не считает он тебя дурой, просто манера у него такая. Он взвалил на плечи все заботы о семье и несет, не жалуется. Чего ты к мужику примоталась?
– Дааааа, – загундосила Анюта, неловко комкая в руках мою пачку сигарет, – я простая, я по-английски не говорю, книжек мало читаю…. Он меня бросит, ууууу….
– Можно подумать, что он говорит по-английски.
– Насть, он на курсы записался. Я тебе и говорю, неспроста это. Там, знаешь, какие бабы? А с английским он вообще любую окрутит.
– Эка невидаль, ну и ты запишись.
Видимо, такая простая мысль не приходила Аннушке в голову. Она недоверчиво посмотрела на меня и спросила:
– А ты думаешь, у меня получится?
Проводив докучливую соседку, я с раздражением подумала о том, что некоторые люди упорно не понимают своего счастья. Видимо, им скучно живется без проблем. И только когда шаги Аннушки стихли и хлопнула дверь ее квартиры, я с благодарностью подумала – ей и правду удалось немного успокоить меня. Уж не за этим ли она приходила?
Надо прижать Соболевых к стене. Это был единственный выход. Добром или силой, надо вытрясти из них информацию. На этот раз настоящую. У Гришки есть знакомые ребятки, один лишь вид которых развязывает самые молчаливые языки. Все, другого выхода нет, пора, отринув ложное лицемерие выйти на тропу войны. Генрих, Генрих… он не случайно появился на моем горизонте, он неспроста разбил скорлупу прошлого и вытащил из нее тщательно упрятанную иголку. Он что-то хотел от меня. И возможно, получил. Только я об этом ничего не знаю.
Гришка мой план не одобрил. Более того, он, прямо как добропорядочный муж Петюня, не слишком ласково обозвал меня дурочкой и даже думать запретил в этом направлении.
– Гриш,
