Капкан для мафии

но наткнувшись на труп подельника, падает на пол. Выдергиваю из руки трупа пистолет, отбрасываю его к стене, после чего подхожу к двери, закрываю ее на замок, а затем возвращаюсь к пленному и начинаю допрос. У меня нет времени для долгих бесед, поэтому неожиданно и резко бью по раненному плечу и одновременно левой рукой зажимаю ему рот. Отслеживаю реакцию. Глаза мутные. Лицо даже не бледное, а серое. Сильный болевой шок. Убираю руку.
— Говори.
С трудом сдерживая стон, он хрипит: — Ты все равно меня убьешь.
— Убью, — спокойно согласился я с ним. — Только есть большая разница, как ты умирать будешь. Если понадобится, я сделаю так, что твоя теперешняя боль покажется тебе райским наслаждением.
— Ты же мальчишка! Ты не можешь…
— Значит, не поверил. А так?
Взвыть от дикой боли ему не дала моя рука, заткнувшая ему рот. Он был на грани обморока. Выждав пару минут, задал новый вопрос: — Твой приятель, который сидит в машине, что должен сделать?
— Уехать, если что-то пойдет не так, — из-за сильной боли он не мог говорить четко, больше хрипел.
— Кто вас навел на эту квартиру?
— Позвонил человек и сказал, что по этому адресу можно найти того, кто убил наших братьев.
— Вы братья? — я с удивлением посмотрел на убийцу.
— Не так как ты подумал. Мы все воевали в Европе, а потом организовали армейское братство.
— Так вы здесь для того, чтобы отомстить мне?
— Да.
— Сколько вас всего?
— Вначале было восемь человек. Двое из нас погибли еще раньше. Теперь если я умру, останется только один человек.
— Теперь главный вопрос. Тот, кто позвонил вам и указал на эту квартиру, откуда он вас знал?
Несмотря на боль, губы раненого расползлись в ухмылке, и он чуть кивнул головой в сторону трупа: — Ты его об этом спроси. У нас Стив всегда работал с заказчиками.
Встал, подошел к телефону, набрал номер и попросил позвать срочно Ли Вонга. Когда услышал в трубке его голос, сказал:
— У меня в квартире была засада из двух человек. Сейчас один из них труп, а второй раненый. Им его дал человек, которому известен мой адрес.
Старик с минуту молчал, думал, потом коротко сказал: — Жди.
Достав аптечку, я перевязал раненого, потом перезарядил пистолет, собрал оружие боевиков, затем сел на стул и приготовился ждать. Раненый какое-то время смотрел на меня, потом спросил:
— Тебе действительно пятнадцать лет, как нам сказали? Или ты так только выглядишь?
Я пожал плечами, не желая говорить. Прошло минут десять, как он снова меня спросил:
— Что со мной будет?
— Ничего хорошего, — недовольно буркнул я, глядя на испачканный кровью пол и думая о том, что мне придется делать сегодня большую уборку в квартире.
Спустя час приехал Вэй с бойцами. Открыл им дверь, а сам отошел к стене, не выпуская оружие из руки. Сын старика, в сопровождении двух свих людей, быстро прошли в квартиру. Вошедший последним китаец захлопнул за собой дверь и остался стоять у двери, второй боевик быстро пересек комнату и встал у окна. Вэй пройдя, остановился у лежащих на полу тел, демонстративно не обращая внимания на пистолет в моей руке. Несмотря на то, что у китайцев в руках не было оружия, я невольно напрягся. Вэй, повернулся ко мне и изобразив легкую улыбку на губах, сказал: — Расслабься, Майкл. Мы нашли предателя. Мой отец хочет с тобой поговорить.
— Сегодня? — уточнил я.
— Сейчас! — отчеканил он, затем повернув голову к боевику, стоящему у двери, скомандовал. — Коробки! Быстро!
Китаец, открыв дверь, живо выскочил за дверь, а уже спустя пять минут я наблюдал, как четверо китайцев шустро засовывают труп и пленного в большие упаковочные коробки, после чего обратился к Вэю, который с каменным выражением лица следил за действиями своих людей: — Здесь хорошая уборка требуется. И еще. Если я отсюда уезжаю совсем, мне кое-что нужно забрать.
— Уберут. Оставь ключи, а что нужно забери с собой прямо сейчас, — с этими словами он вышел из квартиры.
Пока я собирал вещи в сумку, вошел китаец и молча, ждал, пока я закончу укладывать вещи. Сунув ему в руку ключи, я вышел из квартиры. Было, похоже, что моя работа на Ли Вонга подошла к концу.
Кабинет хозяина был отделан в светло-зеленом цвете. Обои и шторы в комнате были цвета свежей весенней листвы, и только плюшевая обивка кресла и стульев была более темного оттенка. Вэй проводил меня в кабинет отца, но не ушел, а остался. Старик, сидя в кресле, показал нам на стулья, стоящие напротив письменного стола.
— Садитесь. Чай? — поинтересовался он у меня.
— Спасибо, господин Вонг. Не надо.
— Мне очень жаль, что так получилось, Майкл. Тебе за эти дни пришлось нелегко, но ты сумел показать себя настоящим мужчиной. Даже я, зрелый годами