Капкан для оборотня

неплохой вкус, изысканность и респектабельность.
Коллеги любили его за незлобивость, незлопамятность и ценили за честность, порядочность и готовность всегда придти на помощь. Преступный мир уважал за принципиальность, отсутствие подлости и неподкупность.
Нечистых на руку сотрудников возле себя Крастонов не терпел, даже если не было прямых доказательств их причастности к взяточничеству. И пытался бороться с этим всеми возможными средствами.

На площадке у здания Прикамского УВД парковались различные автомашины. В основном, у работников милиции были «Жигули» различных моделей, несколько потрепанных «Фольксвагенов» и «Опелей».
Шикарная новенькая БМВ-525, лихо завернувшая на стоянку, смотрелась среди них явно чуждым элементом. Из нее вышел молодой мужчина в форме капитана милиции. К машине сразу подошли несколько человек и с восхищением стали ее разглядывать.
— Слушай, Лаврушкин, — произнес один из подошедших, — откуда у тебя такая шикарная тачка? Твоя, что ли?
— Машина принадлежит моей матери, — заносчиво ответил капитан, — а, вообще, как говаривал Остап Бендер: «машина не роскошь, а средство передвижения».
Он достал пачку сигарет «Pall-Mall», медленно прикурил сигарету с золотым ободком с помощью дорогой зажигалки, затем гордо зашагал к зданию УВД. Остальные смотрели вслед.
— Пэл-Мэл курит, — отметил один, — и где только достает?
— Ма-атери-и, — передразнил другой, — мать его работает обыкновенной учительницей в школе. А отец давно умер…
УВД жил своей обычной жизнью. У некоторых кабинетов толпились вызванные люди, по коридорам сновали озабоченные сотрудники с бумагами и папками из туалетов, превращенных в курилки, валил густой сизый дым.
Крастонов, в то время еще подполковник, сидел у себя в кабинете и внимательно читал какой-то оперативный документ. Напротив расположился Легин в капитанской форме.
Крастонов закончил читать и поднял глаза на коллегу.
— Ну, что? — поинтересовался Легин.
— Знаешь, — ответил Крастонов, — это же обычное агентурное донесение… Может, и есть доля правды, а может — и оговор…
— Александр Олегович, — возмущенно возразил Легин, — да вы видели, какая у него машина? А в кабинете всегда коньяк «Хэннеси» держит. Вы видели когда-нибудь его в продаже? И стоит он, наверное, целую месячную зарплату…
— Есть информация и есть информация, — сумрачно заметил Крастонов, — еще товарищ Ленин учил различать некоторые понятия… Мы, конечно, присмотримся к этому Лаврушкину…
— Пока мы будем присматриваться, он все наши наработки «Гирею» сдаст, — запальчиво воскликнул Легин, — его ж не раз фиксировали рядом с этим вором в законе…
— Не горячись, Андрюша. Не будем пока рубить сплеча.
Через некоторое время случай предоставил им право распрощаться с Лаврушкиным.
Легин получил очередное звание, положенное ему по занимаемой должности. Традиция «обмывать» такое событие существовала во все века. По поводу присвоения Легину звания майора, в его кабинете собралось скромное застолье. На столе — бутылки с обычной водкой. Хлеб, сыр, огурцы, открытые банки с консервами, колбаса — стандартные дежурные закуски…
Присутствовало человек шесть, в том числе был и Лаврушкин.
Все собравшиеся подняли стаканы с водкой.
— Пусть она не будет у тебя последней, — торжественно произнес Крастонов и опустил в стакан Легина большую майорскую звездочку.
Все чокнулись и дружно выпили.
Легин осторожно снял со своего языка звездочку и бережно положил ее в нагрудный карман. Крастонов тут же достал из кармана майорские погоны и протянул их Легину.
— Спасибо, — поблагодарил Легин и положил погоны в ящик стола.
Пошло обычное застолье, сослуживцы выпивали и закусывали. Начались рассказы о былом, анекдоты и просто разговоры…
Встал с полным стаканом крепыш в майорской форме.
— Выпьем, братцы, пока тут — на том свете не дадут… — торжественно провозгласил он.
— Там дадут иль не дадут — выпьем, братцы, пока тут… — тоже встал и продолжил еще один из сослуживцев.
— Ну, а если, там дадут — выпьем, братцы, там и тут! — завершил третий.
И, все трое, хором:
— Ура Легину за предоставленную возможность выпить, пока тут!
Все засмеялись, выпили, и застолье потекло своим чередом. Оперативники умели и, что греха таить, любили выпить, особенно в своем кругу. Что ни говорят о вреде алкоголя, но стресс он снимает замечательно.
Вечеринка уже близилась к концу, и Крастонов, на правах старшего, провозгласил завершающий тост.
— Мы сильны, пока у нас есть