Капкан для оборотня

Квартира директора была, как и положено, очень просторной, хорошо обставленной. Симпатичная, слегка полноватая жена директора Лидочка примеряла перед зеркалом различные украшения. Прикладывая различные золотые цепочки с кулончиками и так, и эдак, она никак не могла определить, что же лучше ей надеть.
В конце концов, женщина махнула рукой и повесила на шею сразу три золотых цепочки с кулонами. Затем, став боком, она начала критически оценивать свое отражение, закрутилась перед зеркалом, провела руками по бедрам и, наконец, удовлетворенно себе подмигнула.
Вдруг раздался переливчатый звонок в дверь. Женщина посмотрела в дверной глазок и открыла.
На лестничной площадке стоял Авдеев.
— Лидия Родионовна, — произнес он с укоризной, — я вас уже двадцать минут внизу жду. Опоздаем, а потом кто виноват будет? Конечно…
— Заходи, красавчик, — женщина вцепилась в его плечо и потянула в квартиру.
— Я машину не закрыл, — Авдеев сделал попытку высвободиться из ее цепкой хватки, — давайте побыстрее, я жду внизу.
Он отступил к лифту.
Женщина гневно фыркнула и захлопнула дверь.
— Сейчас иду, — процедила она.
Дамочка, действительно, оказалась еще та. Размалеванная и увешанная золотыми украшениями матрона постоянно пыталась оказывать соответствующие знаки внимания почти всем, попадающим в ее поле зрения, мужским особям. В том числе и Авдееву.
В машине она садилась не на правом заднем сиденье, как положено, а рядом с водителем, оголяя свои полные ноги до совершенного неприличия. В лифте старалась прижаться к своему телохранителю всеми частями тела. После активных попыток директорской супруги затащить нового телохранителя в спальню, Авдеев стал провожать ее только до дверей квартиры. При этом дамочка периодически жаловалась на него мужу, измышляя различные мелочные придирки, так как желала освободиться от такого, безразличного к ее прелестям, но настырного в другом отношении, сопровождающего.
Ситуация накалялась и Авдеев стал подумывать об уходе. Трезво рассудив, он решил связать свою дальнейшую жизнь с криминалитетом. Никому больше он нужен не был.
И в этом ему вскоре помог неожиданный случай. Дело было вечером. Джип Авдеева ехал по плохо освещенному узкому переулку частного сектора с одноэтажными домами и дощатыми заборами. Вдруг Авдеев заметил, что впереди происходит какая-то свалка. Он притормозил, и в свете фар стало видно, как шесть или семь подростков избивают ногами лежащего на асфальте человека. Лучи фар освещали лица подростков с полубезумными глазами, судя по выражению которых, те явно обкурились какого-то наркотического зелья.
В узком переулке не очень-то и развернешься на джипе, и Авдеев, не глуша двигатель, стал спокойно ждать, когда кончится избиение, и он сможет проехать.
Неожиданно один из подростков швырнул пустую пивную бутылку в лобовое стекло автомашины и на том месте сразу зазмеились трещины.
— Твою мать… — выругался Авдеев и выскочил из машины.
Озверевшие подростки стаей тотчас бросились ему навстречу. Авдеев не стал с ними церемониться. Без особого напряжения, хлесткими быстрыми ударами и отточенными бросками, он начал по очереди укладывать юных наркоманов на асфальт. Затем стал хватать одного за другим за туловища и перебрасывать их через высокий деревянный забор. Были слышны только шлепки тел о землю, стоны и скулеж.
Расправившись с хулиганами, Авдеев вернулся к машине, чтобы продолжать путь. Проходя мимо лежащего, избитого подростками, он услышал, как тот стонет, брезгливо посмотрел в его сторону, затем пристально вгляделся в лицо и вдруг остановился.
Он быстро вернулся к машине, достал из багажника большой кусок целлофана и расстелил его на заднем сиденье. Затем вернулся к лежащему и попытался осторожно поднять его с земли, чтобы не испачкаться. Тот застонал. Авдеев уже было приготовился взвалить его на плечо, как вдруг тот прохрипел:
— Я смогу идти.
Авдеев, придерживая избитого за туловище, повел его к машине.
Из-за забора стали доноситься возбужденные голоса, видимо началась разборка хозяев дома с незваными гостями.
— Митя, звони в милицию, — визгливо закричал женский голос.
Авдеев усадил человека на заднее сиденье, а сам сел за руль.
— Спасибо, мужик, — прошептал человек, — ты меня спас. Эти подонки забили бы до смерти. Сейчас хрен кто вступится или остановится, когда кого-то бьют.
Авдеев тронул с места.
— Я тебя знаю, — произнес, немного помолчав, он, — потому, наверное, и вступился. Ты — владелец бара «Катлон», что на набережной. Я часто пью там пиво. Кстати, что означает это слово?
— Катлон? —