И книга, и позже написанный по ней сценарий фильма «Капкан для оборотня», изложены на основе реальных событий, произошедших в Белоруссии в 90-х годах прошлого века. Внезапно бесследно исчезают главари преступного мира республики — воры в законе и преступные авторитеты — Щавлик, Мамонт, Брегет, Боцман, Кистень и другие. Проводимое прокуратурой расследование принесло неправдоподобные и поразительные результаты…По указанию руководства страны уголовное дело было засекречено, чтобы не вызвать непредсказуемого общественного резонанса. Автор сценария в те годы работал прокурором города Минска…Волей автора, из конъюнктурных соображений, действие перенесено в Россию.
Авторы: Иванов-Смоленский Валерий
вы, кстати, кто такие? Что-то я вас не припоминаю… Документы! — потребовал капитан.
— Сроду ксив не имел, — процедил старикашка.
Верзила все это время молчал. Выражение лица у него при этом было весьма кислое.
— Всем выйти, — скомандовал капитан, — при попытке побега стрельба будет производиться без предупреждения.
Все направились к выходу. Косаря капитан взял под руку.
На улице стоял «воронок», возле него — двое автоматчиков в милицейской форме.
Косарь, завидев «воронок», стал вырываться.
— Ментяры подлючие, — завопил он непотребным матом, — так вашу растак и разэтак…
— Заткнись, Косарь, — негромко произнес капитан, а то будет по-плохому, потом позору не оберешься. И громким голосом дал указание одному из оперативников в гражданском, — пометь себе отдельно по Косарю, когда у прокурорских будешь советоваться, да протоколы составлять…
Тот достал блокнот и приготовился записывать.
— Первое, — начал капитан, — игра в азартные игры в неположенном месте. Второе — на валюту. Третье — оскорблял матом милиционеров при исполнении. И четвертое — после 23 часов.
Оперативник старательно стал писать. Видно было, что он поражен познаниями начальника.
— После двадцати трех… — бубнил он, записывая. — А что, после 23 часов запрещено ругаться матом?
— Деревня, — снисходительно процедил капитан, — ругаться матом на людей запрещено всегда — это оскорбление личности. А после 23 часов запрещено орать, вопить, горланить — шуметь, в общем. Да еще и в общественном месте — на улице, то есть, нарушая общественный порядок и покой мирных граждан.
— Целая наука, — уважительно произнес оперативник, записывая.
Капитан подозвал автоматчиков и скомандовал, указывая на верзилу и старикашку:
— Этих — в приемник-распределитель для установления личности.
— Этих, — продолжая, он ткнул в охранников, — в предвариловку. Ну, а гражданина Косарева — в обезьянник, в отдельную клетку, да, предупредите — глаз не спускать. Хищник еще тот…
Задержанных, не церемонясь, затолкали в «воронок».
Едва рассвело, как Авдея разбудил толчок в плечо. У кровати стоял Клыч с очень угрюмым видом.
— Косаря замели, — озабоченно произнес он, — почему ты с ним не был? Я ж тебе сказал — присмотри за ним.
— Как замели? — Авдей еще толком не проснулся.
— Так. На «малине» взяли. Наших этой ночью вообще многих похватали — менты операцию проводили. А ты где был? — Клыч с подозрением посмотрел на Авдея, — разве не с ним?
— Я отговаривал его, — сокрушенно произнес Авдей, — чуял неладное. Но с ним, что, поспоришь? Он запретил мне ехать с собой, рассвирепел, будильником в меня швырнул, велел дать двух ребят со стволами.
— Да, их тоже повязали, — подтвердил Клыч, — и залетных этих прихватили… Что будем делать?
Авдей быстро вскочил и стал одеваться.
— Вот хренотень какая… — забормотал он себе под нос, и потом громко, обращаясь к Клычу, — думаю, менты с прокурорскими дело ему сошьют.
— А что ему могут всобачить? Оружия он с собой никогда не носил — научен…
— Этих подлянок у них целый набор. Ковбоя помнишь? А есть и покруче… Сейчас чай поставлю, попьем. Не возражаешь? Все равно вон еще рань какая… Что делать, что делать… Пока и расскажу.
Авдей поставил чайник.
— И в МВД, и в КГБ издавна существовали специальные, совершенно секретные разработки, пользуясь которыми любого, даже абсолютно невиновного человека, можно было посадить на скамью подсудимых.
— Ну-ну, — заинтересовался Клыч, садясь за стол, — расскажи.
— У нас в ГБ, к примеру, — начал Авдей, — одна из таких разработок имела секретное кодовое название «Оружейник-11/6-сс» и у оперативников называлась «игра в патрончик».
Заключалась она в том, что высокий чин из КГБ приглашал к себе участкового инспектора милиции, на территории которого проживал интересующий органы фигурант, которого следовало посадить, независимо от доказанности его вины в совершении преступлений. Человек в погонах с большими звездами конфиденциально делился с приглашенным информацией о проживании в районе его обслуживания замаскированного гангстера либо крупного подпольного расхитителя-миллионера. Или даже иностранного шпиона.
Авдей достал и поставил на стол две больших чашки, продолжая:
— Да вот беда, — доверительно сообщает участковому высокопоставленный кагэбист, — органы располагают лишь оперативной информацией о его, скрытной и приносящей непоправимый ущерб государству, деятельности. Но его требуется прищучить любыми средствами, чтобы затем, изолировав,
