Капкан со всеми удобствами

я научилась хитрить и повзрослела. Случилось что-то ужасное, но я убедила себя, что об этом не следует знать. И еще – у меня никогда не было папы. Все, что произошло до этого момента, мне приснилось… Через месяц мы переехали в собственную однокомнатную квартиру в Москве. Ее нам купила фирма отца. Знаю, что его коллеги неоднократно предлагали маме и деньги. Она отказывалась: для нас и так сделали достаточно, мы в помощи не нуждаемся, но при этом ей приходилось работать день и ночь. Все время казалось, что она старается, чтобы я забыла о прошлом. – Алиса сделала паузу, как будто о чем-то призадумалась. – У мамы, кроме меня, остался единственный родной человек – тетка. Она жила рядом с вами – в квартире, занимаемой Владимиром. Мама за родственницей ухаживала, но меня с собой к ней никогда не брала. Я так понимаю, по желанию тетки, просто боявшейся ненужных разговоров-расспросов и не хотевшей звать меня новым именем. С маминым именем было легче. Тетка называла ее Ланой, сокращенно от настоящего имени матери, Руслана. Но так, в принципе, можно было сократить и имя Светлана. Во всяком случае, у вас, наверное, недоумения по этому поводу не возникало?
– Нет, – прогудели мы с Натальей, переглянувшись. Тетка Светланы в ее отсутствие звала племянницу «она», хотя несколько раз имя «Лана» проскакивало.
– Тетка перед смертью составила завещание на квартиру и имущество в пользу мамы, но принять его Светлана Юрьевна Николаева не могла, поскольку не являлась Росляковой Русланой Сергеевной. Каким образом все в конце концов перешло к ней, я так и не знаю. Думаю, не обошлось без отчима… К нам зачастил бывший лучший друг отца Шелепин Герман Константиныч. Раньше мама старалась избегать с ним встреч. Мне всегда, еще при нашей прошлой жизни, казалось, что мама ему очень нравится. Я злилась и ревновала, а папа всегда смеялся. Позднее внутренним чутьем поняла, что это – будущая замена моему отцу, и сразу приняла его в штыки. К чести его следует сказать, он был очень терпелив и все мои подростковые выходки встречал с пониманием. К тому времени наши финансы пели такие душещипательные романсы, что иной раз приходилось сидеть только на овсяной каше на воде. Скрашивал мерзкий вкус только соевый соус. Мама из-за болезни потеряла работу. Она долго делала вид, что советуется со мной по поводу предложения Германа выйти за него замуж. А что бы значили мои возражения? Я с жаром убеждала ее соглашаться, в душе ненавидя и ее, и себя за эту игру. Именно тогда я нашла в себе силы поехать на место, где похоронено мое детство… В общем-то ничего неожиданного я там не нашла – чей-то новенький беленький особняк, посторонние люди, никакого отношения не имеющие к моей семье… Немного постояв в сторонке и не ощутив в душе ничего похожего на ностальгию, подумала, что этой самой души у меня, скорее всего, уже нет. На обратном пути к станции помогла какой-то бабульке проверить, не сорвали ли со столба ее объявление о том, что продается строительный вагончик. Не надеясь на успех, разговорила ее и неожиданно для себя выяснила, что Николай Росляков сгорел при пожаре в собственном доме. А пожар был жуткий. Причина – взрыв запасного газового баллона, хранящегося в неположенном месте в кладовке. Дом моментально вспыхнул. Следом послышался новый взрыв – бензобака в машине. Она стояла в гараже. Приехавшие пожарные тушили уже одни угли. Но на этом трагедия семьи не закончилась – жена и дочка Николая, спешившие на похороны мужа и отца, погибли в автомобильной катастрофе по дороге из аэропорта… Ошеломленная, я не помнила, как села в электричку и приехала в Москву. Долго сидела на вокзале – не в силах возвратиться домой… А потом спокойно перенесла день свадьбы четы Шелепиных, а предложение Германа отправить меня на учебу в Англию вообще встретила с энтузиазмом. Подозреваю, что отчим устал от моих закидонов. Мама возражала как могла, но одна против двоих!.. Как ни странно, в Англии я начала тосковать по дому. Но стоило маме прилететь ко мне, как это желание пропадало. Она стала, как бы точнее сказать… еще более чужой, что ли. Наверное, закономерный результат моей ревности. То же самое происходило, когда я прилетала на каникулы. Тем не менее после окончания учебы пришлось возвращаться, правда с вполне сформировавшейся целью: добиться полной самостоятельности, жить отдельно от матери и отчима, не пользуясь их благотворительностью. Цель целью, а дальнейшую учебу оплатил отчим. Он вообще был несказанно добр – бывший друг моего отца… – Алиса нехорошо усмехнулась. Мне было ясно почему. Остальным нет. – Совершенствовала я свои знания опять-таки в Англии. На этот раз недолго – всего полгода. Отец разыскал меня в Москве уже после второго моего возвращения на родину. Чтобы не пугать до смерти, предварительно позвонил. Вернее,