Капкан со всеми удобствами

Несколько раз она пыталась связаться с Германом и Алисой, но телефоны не отвечали. Где-то часам к четырем окончательно утратила способность трезво мыслить. Достав (скорее всего, из сейфа) пистолет, Светлана помчалась спасать мужа и дочь от злобного перевертыша, искалечившего ее молодые годы и детство ребенка. Итак, на месте преступления были «фирмачи» во главе с Тимофеевым и Германом. Солодов в силу своего положения ждал результатов в другом месте. Рядовые исполнители прогуливались у нашего подъезда, а руководство сидело в машине за углом дома. С противоположной стороны шла по направлению к нашему же подъезду переодетая Светлана с оружием. Навстречу им всем бодро шагал Санчо, прикрываемый с тыла мной, моими сумками и тортом. Допускаю, что откуда-то со стороны его передвижение контролировал Николай.
Было уже довольно темно, однако Светлана, по-женски интуитивно, определила в Санчо человека, опасного для ее любимого Германа. Но ошиблась в другом, полагая, что это и есть Николай. Скорее всего, сдали нервы, и она пальнула в Санчо, не дожидаясь, пока он войдет в подъезд. А может, боялась быть кем-нибудь узнанной. Этот выстрел смазал все планы. Два амбала кинулись поднимать убитого, кто-то задержал Светлану и, не разобравшись, выдал ей по полной программе то, на что она не рассчитывала. Когда Шелепин отбил ее у сотрудничков и повез домой, она уже начала понимать, что погорячилась с окончательными выводами. Да и Тимофеев со злости мог ляпнуть лишнего.
– Она позвонила мне в два часа ночи и попросила прощения за то, что убила отца, – тихо сказала Алиса. – Я даже не успела ничего сказать. Она отключила телефон, а потом…
– А потом она заперлась в одной из комнат и наглоталась снотворного. Спас ее, по сути, отчим и врач местной больницы. Сейчас она долечивается за границей. Скорее всего, Герман назад не будет торопиться. Никогда. Спокойнее всех Тимофееву Владиславу Аркадьевичу, я благодарна ему за несколько слов сочувствия в мой адрес. И не думайте, что сейчас угроза может исходить от Антона Василича Солодова, якобы находящегося в служебной командировке до послезавтра. Повторяю – сейчас. Чуть раньше он лично был занят поисками твоего отца, Алиса.
– Солодов в Москве и действительно ищет отца.
– Зря ищет, – глубокомысленно заметил Димка, посмотрев на часы. – Господин Сегюр уже подлетает к Стокгольму.
Я тоже посмотрела на часы и с сомнением покачала головой.
– Блажен, кто верует. Кстати, надеюсь, что никто из нас не знает, кто убил руководителя фирмы «Пантера-С» господина Тимофеева, мир его праху? – спросила я строго.
– Это кара небесная! – ответила за всех Наталья. Остальные только начали потихоньку приходить в себя и выражать одобрение ее ответу.
– Алиса, ты знала с самого начала, что ключ у меня? – спросила я.
– Нет. Когда Санчо отволокли в пантеровский микроавтобус, Михаил Алексеич – его отец – сразу кинулся следом на своей машине. Отец в суматохе ухитрился зайти следом за тобой в подъезд – у него был свой ключ – и проследить этаж, на который ты поднялась. После этого он сел в машину Санчо, выяснил у Михаила Алексеича направление, в котором двигался микроавтобус, и сообщил службе «02», что в нем находится взрывное устройство, подготовленное к теракту. На ближайшем посту ГАИ дорогу браткам, «пантеровцам-купавинцам», перекрыли, но они лихо проскочили мимо. Организовалась погоня, в ходе которой окровавленное тело Санчо выбросили в кювет. Там его и подобрал Михаил Алексеич вместе с подоспевшими оперативниками. Документально доказав, что тело принадлежит его сыну, он, не дожидаясь «скорой», повез парня в ближайшую больницу… Извините. – Алиса опять всхлипнула. – Я сейчас…
– Ну что ж тут плакать, – удивилась я. – Тащи его сюда. Только осторожно.
Алиска вылетела из квартиры. Мы не решились пойти следом. Очевидно, девушку связывали с Санчо не только дружеские отношения… В возникшей паузе я успела заметить, что сижу в объятиях мужа. Наталья оседлала валик кресла, боком, как раньше дамы лошадей, Лешик сидел на ковре у ног Алены. Только сын полностью занимал кресло, не меняя положения…

Вернулась Алиса не одна – с ней притащился Владимир. У него по-прежнему была перевязана рука, а на лбу красовались две шищки и царапина. Привычный вид несколько оживляла новая деталь – лента бактерицидного лейкопластыря на подбородке.
– Прошу любить и жаловать, – торжественно произнесла Алиса, – мой жених и будущий муж Александр Михайлович Овсюгов, он же Санчо, он же Лже-Владимир.
– Бли-и-ин! – протянула Наташка.
– Фига себе! – откликнулась Аленка.
– Да совсем ни фига! – возразил Славка.
– Ну