Караван к Наташке. Дилогия

– не стала отрицать леди Астория, – но… – она прервалась и сама чуть задумалась. – Понимаешь, даже не знаю, как объяснить. Раньше я этого не замечала, но рядом с тобой, пусть и на самой грани восприятия, возникает какое-то удивительное чувство… как будто ввысь, к обещанным богами звездам поднимаешься. Да и… – принцесса опять замолчала, долго смотрела ему в глаза, не зная говорить или нет, но все-таки решилась: – Меж девчонок в войске разговоры странные ходят. Мол, если освободим Сангарию, то когда твое время придет, то поможешь им с ребеночком.
Эти бабы что, совсем сбрендили? Или опять кто-то пустил слух, что он воплощение Создателя? Нет, с этим надо что-то делать! А для начала может уши этой девчонке как следует надрать?
Заметив, что герцог начинает хмуриться, девушка резко вышла из задумчивого состояния и повысила голос:
– Ну не хватает тебе меня одной, я же не слепая! – и вдруг обмякнув, тихо, почти шепотом, добавила: – А потерять тебя не хочу.
В первую походную ночь в герцогской постели вместе с Асторией ночевала графиня Вероника Чистопрудникова, глава службы обеспечения герцога и принцессы. Затем бывшая джурская монахиня, а ныне командир взвода конной разведки баронесса Гражина Бахметьева. Плотно сбитая невысокая весьма симпатичная женщина с удивительно гибким телом оставила о себе достаточно приятное впечатление, впрочем, если честно, сравниться с графиней не смогла. А потом Кирилл уже начал привыкать, что вместе с принцессой его обязательно ублажает кто-то еще. Больше всего, почему-то, было женщин из разведроты, состоящей поголовно из прекрасной половины населения Наташки, начиная, соответственно, с командира – прелестной Ланочки Зорицкой. Берут пример с Азорской империи, где уже почти полтысячи лет существует институт фавориток? Впрочем, как и почти во всех крупных государствах Европы. Большинство незамужних дворянок почитают за честь оказаться в постели своего императора хотя бы на одну ночь. Получается, вассалки Сангарии приравнивают своего герцога к сильнейшим мира сего? Ну, да и ладно. Главное – ему хорошо с ними, да и девчонки, коль раз за разом пытаются вновь оказаться вечерком в герцогском шатре, ни о чем не жалеют.
Кирилл несколько смягчил свой взгляд на притихшую леди Асторию. Генай побери! Ну нет сейчас времени решать еще и эти вопросы. Вчера со второй половины дня зарядил дождик, и сегодня имеет смысл заняться обычной учебой, чем тащиться по раскисшей дороге. Не должны они сильно выбиться из графика.
Зверюга вдруг рыкнул, подошел, как-то укоризненно посмотрев на хозяина, покачал головой – ну совсем как маленький незаслуженно обиженный ребенок – и стал передней лапой поглаживать принцессу по коленке.
«Во, и этот еще глупую девчонку защищает» – подумал герцог, отчетливо понимая, что принцесса совсем не дурочка, а наоборот – со своим умом даст фору многим офицерам его штаба. Во всяком случае, новые знания осваивает удивительно быстро. Лучше нее с учебой справляются только закадычный друже граф Кристиан и… Сашка, набрасывающийся на свежую Кириллову скоропись, как голодный на хлеб с салом. Что называется, дорвался. А вот он сам… Переписать учебник, совсем не значило для Кирилла освоение науки. За некоторыми, причем довольно обширными исключениями… Например – та же математика. Когда строчил университетский курс во всем его многообразии, было ощущение, что просто вспоминал когда-то давно уже изученные дисциплины. Физика… Тут вообще было что-то странное. Особенно с теорией гравитации и подпространственных прыжков. В эти разделы герцог влетал как на Занозе галопом. Легко и непринужденно. Химия? Вот здесь все было несколько иначе. Хотя на данный момент он уже закончил строчить основные учебники и справочники по этой науке, выяснилось, что реально Кирилл понимает только самые основы. «В объеме начальной школы» почему-то прозвучало в голове. С органикой вообще было плохо, разве что с углеводородами более-менее разобрался.
Тут еще один пример загадочной какой-то работы подсознания. Вчера вечером в очередной раз ругался с графом Ризенштайном о методах партизанских действий. Ведь на первом этапе войны с Лоусвиллом их маленькая армия ни на что другое просто не будет способна. Вот в запале спора с другом, когда обсуждали необходимость и способы растягивания карательных отрядов врага по чащобам огромного Черного леса, Кирилл и бросил: «Разделяй и властвуй!» Хорошо хоть не привел автора этого знаменитого на Земле высказывания. Давать что-либо из земной истории своим дворянам герцог опасался – ну ведь без подробного рассмотрения многое можно было понять совершенно неправильно. Бросать хоть малейшую тень на Создателей нельзя было ни в коем случае.
Странная